— Ты убил его! — страшным голосом закричал Барон, указывая на тело.
— Я.., я не виноват, — забормотал водитель. Он всё ещё стоял на коленях возле раздавленного человека. — Нужно позвонить в госпиталь.
— В морг нужно звонить! — снова завопил Барон. — Убийца!
— Да. В морг будет очень кстати. Там ждут мои друзья, — поднимаясь с асфальта, согласился Юм.
Водитель как-то по-детски взвизгнул. С перекошенным лицом, на четвереньках стал отползать.
— Мой друг, тебе помочь? — заботливо склонился над водителем Юм.
— Не подходи ко мне демон! — завизжал водитель. Вскочив на ноги, помчался по дороге, подвывая от ужаса. — Демон! Демон!
Юм озадаченно потёр ухо.
— Как он догадался? — спросил он, ни к кому не обращаясь. — Вы ему подмигивали? — с подозрительностью обернулся он к Барону.
— Разумеется - нет.
— Тогда ничего не понимаю. — Юм посмотрел на оставленную машину с распахнутой дверцей. — Вот такси! Прошу! Водитель ушёл, но попросил его заменить. Спокойно! Я имею права, и умею водить. Так что, всё в порядке.
Автомобиль тронулся, увозя путников.
— И всё-таки не понимаю, как он догадался, кто я? — подъезжая к дворцу, недоумённо спросил Юм. Тишина была ему ответом.
К ним подошёл один из людей Амона, и увёз опустевшую машину в неизвестном направлении.
Одинокое облако над горизонтом приобрело розовый оттенок. Небо посветлело. Неудержимо накатывало солнце с востока.
Наступал новый день.
Оставив компанию в холле, девочка поднялась на второй этаж. Ещё преодолевая лестницу, услышала, как чья-то машина подъехала к дому. Но любопытство было ничтожным, а усталость огромной. Не дожидаясь столь ранних гостей, девочка ушла в свою комнату.
Очнулась от сна, оттого что её кто-то настойчиво тряс за плечо.
— Эй, вставай! Вот вздумалось спать, когда солнце в зените.
Знакомый женский голос и лёгкий смешок, подсказали Светлане, что это не сон, и Катерина действительно стоит у кровати.
— Катерина… — сиплым голосом проговорила девочка, прогоняя остатки сна. — Я соскучилась по тебе.
— И поэтому спишь днём как убитая, — весело рассмеялась Катерина. Сдёрнув со Светланы одеяло, настойчиво сказала: — Вставай, что угораздило днём заваливаться в постель?
— Не что, а кто, — поправила вопрос Светлана, спрыгнув с кровати. Одеваясь, поинтересовалась: — Валентин здесь?
— Разумеется. Он внизу со всей честной компанией отмечает свой приезд.
Светлана содрогнулась.
— Опять пьют. Сколько же в них может влезть?
— Ты о чём? — с любопытством спросила Катерина.
— Всю ночь гуляли в баре. А сейчас, как ты говоришь, снова продолжают. Есть чему позавидовать…
— И ты всю ночь гуляла?
— Ну, да. В Риме я на особом режиме - ночном.
— Как здорово! — восторженно воскликнула Катерина, и пожаловалась: — А у меня как раз наоборот. Ночью сплю, а гулять приходится днём или вечером. Надеюсь, тут график изменится.
— Вероятно… Но мне хочется и на дневной город посмотреть. А где вы расположились? На втором этаже?
— Рядом с твоей комнатой. — Катерина оглянулась. — Слушай, это чудовище, всю ночь тут бегает?
— Какое? — нахмурилась девочка, пытаясь понять Катерину.
— Собака, как там её зовут? — Катерина задумалась.
— Пёс, — вежливо подсказала Светлана.
— У Амона названия всегда соответствуют действительности. — заметила Катерина и снова весело рассмеялась. Невольно заражаясь весельем, Светлана присоединилась к её смеху. — Пойдём, Валентин будет рад увидеть тебя.
— Через десять минут я к твоим услугам, — пообещала Светлана, скрываясь в соседней комнате.
Катерина была права. Войдя в зал, они обнаружили всю компанию в сборе. Расположившись вокруг камина, они весело разговаривали и подшучивали друг над другом. Юм устроился лучше всех. Он лежал на ковре, с одного бока его грел лежавшим тут же пёс, а с другого огонь в камине. Дорн и Амон сидели в креслах. Барон и Валентин на диванчике. Первым заметил и первым встретил вновь прибывших, пёс. Вскочив, он галопом кинулся к двери, молотя остатками хвоста.
Дорн обернулся. В его глазах зажёгся огонек.
— Присоединяйтесь, — низким голосом проговорил он. Едва заметно улыбнувшись, добавил: — У девочки такой вид, будто её недавно разбудили.
— Вы правы, сир, — улыбнулась девочка.
— Тогда, кофе не помешает, — заметил Барон, и на маленьком столике с кривыми ножками, возник кофейник с чашечками. Несколько тарелок с бутербродами. — Сдаётся мне, Катенька составит тебе компанию.
— Ты прав, — согласилась Катерина и опустилась на диван, что стоял рядом со столиком.
— Рада Вас видеть, — подойдя к Валентину и пожимая ему руку, сказала Светлана. — Надеюсь услышать рассказ о ваших приключениях.
— Непременно расскажу, — пообещал Валентин и, перехватив руку девочки, приложился к запястью губами.
— И от тебя тоже, — садясь рядом с Катериной, добавила Светлана.
— За этим дело не станет, — махнула рукой Катерина. Вцепившись зубами в бутерброд, что-то восхищённо промычала. Расправившись с ним, поинтересовалось: — А ты как? Как Рим? Ты уже здесь с месяц, где побывала?
Замявшись, девочка неуверенно спросила:
— Тебе ещё никто ничего не рассказывал?
— Как-то не вышло, посидеть в тесном кружке, — махнула рукой Катерина, рассматривая тарелку, решая с какого бутерброда ей продолжить завтрак.
— Тебе в хронологическом порядке рассказывать?
— Желательно.
— Три недели я прожила в монастыре.
Бутерброд остановился на полпути к цели. Катерина с округлившимися глазами повернулась к Светлане, так и не закрыв рот. Потаращившись на девочку, она всё-таки вспомнила, что у неё руке. Съев бутерброд, деловито осведомилась:
— Какого чёрта тебя туда занесло? И не говори, что тебя заслали в монастырь с миссией. Не поверю.
— Мне пообещали помочь уехать в Россию, вот я и дожидалась результата на святой земле.
— Судя по тому, что ты здесь - у тебя ничего не вышло, — увидев, как девочка кивнула, спросила: — А как Амон отнёсся к твоему исчезновению?
— Спокойно. Будто ничего не произошло.
Катерина задумчиво посмотрела в лицо Светланы и заключила:
— Значит, всё было с их ведома. Они знали, куда ты ушла, и разрешили.
— Не может быть! — удивлённо воскликнула девочка.
Барон обернулся на возглас.
— Что «не может быть»? — лениво протянул он.
— Ничего, — улыбнулась Катерина, — Светлана открывает для себя ваши новые черты.
— Пожалуйста. — Барон опять повернулся к Валентину.
Но теперь забеспокоился Юм.
— Светлана, можно узнать, — с волнением попросил он. — В тех чертах, которые ты открыла во мне, присутствует ли определение: обаятельный, я не откажусь, если ещё существует такая приставка как - красивый. Если ты эту черту не рассмотрела, (понимаю, не всё сразу ухватывается), то прошу, поищи внимательней. Она обязательно должна присутствовать.
— Я очень внимательно посмотрю. Но предупреждаю сразу, что очень сомневаюсь в наличии таковых, — улыбнулась девочка.
— И все-таки посмотри… Хорошо? — умоляюще заныл Юм, словно это был вопрос жизни и смерти.
— Обязательно, — пообещала девочка.
Успокоенный, кот снова свернулся у очага, прислушиваясь к беседе, проходящей в зале.
— Оставшиеся дни, я осматриваю ночной Рим, — закончила свой короткий рассказ Светлана. — А ты, куда подевалась?
— В Тунисе жила наложницей, у одного, симпатично араба. Потом с Валентином добирались сюда.
— Не очень-то вы спешили, — заметила девочка.
— Зато, в каких живописных местах мы побывали! Смотрели Помпеи. Забирались в катакомбы. Загорали на чудесных лазурных пляжах. А сколько гостиниц мы одарили своим присутствием. Почти каждый день - новая. Ты как, подкрепилась? Пойдем, пройдёмся по городу.
Светлана с сомнением бросила взгляд на Амона. Перехватив его, Катерина удивлённо спросила:
— Опасаешься, что не отпустит? — и уже обращаясь к Амону. — Амон, ты не против, если мы выйдем в город?