— Око торнадо, — с каким-то удовольствием пояснил оказавшийся поблизости Барон. — Мы в самом его сердце. Там, — он указал на стену смерча, — хаос, в полном смысле слова. Скорость ветра убийственна.
Светлана оглянулась. На палубу вышли все пассажиры «Летучего голландца». Катерина и Валентин с восхищением взирали на буйную стихию. В глазах Жака застыл страх, он то и дело оглядывался вокруг, вероятно в надежде увидеть Франсуа. Амон удерживал за ошейник пса тянущегося зубами к Жаку. Барон и Дорн были совершенно спокойны и равнодушно взирали на царящий вокруг хаос.
Вместе с оком торнадо, яхта приблизилась к берегу. Подошла к пристани, точнее к тому, что раньше ею являлось.
Светлана с ужасом взирала на остатки цивилизации, только сейчас она поняла какой огромный, разрушающей силы потенциал, скрыт в смерче.
Стальные перила были скручены в невероятный узел. Казалось, великан прошел по земле, круша, ломая и разбивая всё на своём пути. Исковерканные катера подобно выброшенным на берег рыбам, лежали на бетоне. Тут же, рядом, автомобиль завалился боком к стене дома. Без стёкол и с лопнувшими шинами. Во многих домах отсутствовали не только стекла, но рамы, двери, крыша. Металлический лом завалил улицы, сплетаясь с вывороченными с корнем деревьями.
Пассажиры покинули судно и ступили на берег. Дорн шагал впереди, направляя смерч.
— Вот мы и прибыли, — сообщил он и взмахом руки, обрубил хобот, протянувшийся с небес на землю.
Не прекращаясь, гроза уходила прочь, вглубь континента. Завершив разрушения, торнадо покинул землю. Втянулся в тучи.
— Здорово же нам повезло! — восхищённо проговорил Жак. — Надо же было попасть в самое сердце торнадо! Рассказать кому - не поверят! И куда запропастился Франсуа?
— А он упал за борт, — подскочил к нему Барон.
— Как за борт? — захлопал изумлённо глазами Жак.
— Натурально, вниз головой, — усмехнулся Амон.
— Вероятно, ветром сдуло, — посочувствовал Барон.
Жак замолчал, обдумывая полученную информацию, наконец ярость исказила его лицо.
— Вы из меня дурака не делайте! — вскричал он. — Франсуа не тот человек, чтобы его «сдувало ветром». Я сейчас в полицию обращусь. Там вас призовут к порядку. — Жак замолчал, и тут новая идея исказила злобным ликованием его лицо. — Нет, — прошептал он, торжествуя, — не в полицию, а иным властям, они действуют быстро и не оставляют улик.
— Пожалуйста, пожалуйста, — засуетился Барон. — Если конечно Вы сможете убедить полицию, что пропавший Франсуа важнее последствий смерча. Вам же ещё нужно время, чтобы разыскать своих людей, — Барон усмехнулся. — Но договор свой мы выполнили, и в Америку доставили. Жму Вашу руку, — с этими словами, он крепко стиснул правую руку Жака, легонько подтолкнув в спину, пожелал удачи.
Свита Дорна двинулась дальше по дороге, с интересом разглядывая открывающиеся взгляду все новые и новые разрушения, груды сваленных в кучу машин. На пути стали попадаться люди, покинувшие свои убежища, и теперь с растерянным и озабоченным видом они пытались разобраться, где в единой свалке вещи, принадлежащие им, а где соседу.
Светлана тихо сказала идущему рядом Амону:
— Значит, Жака все-таки отпустили, хотя он ясно дал понять, что отомстит. Признаться, я не верила, что он уйдёт от вас целым и невредимым.
Амон улыбнулся:
— Что целым - точно. Но насчет невредимости я сомневаюсь и даже очень.
— Но, я сама видела, что он выглядел нормально, когда уходил.
— А это проявляется не сразу. Теперь ему нужно идти не к своим друзьям, а в лепрозорий. Уж там он будет желанным гостем.
— Лепро… Что? — не поняла девочка.
— Лепрозорий, где изолируются больные лепрой, — пояснил идущий тут же, рядом Барон.
— Разве это опасно? Что это «лепра»?
— Понятие проказа - тебе более доступно? — Барон выжидающе посмотрел на девочку.
— Да, — прошептала Светлана.
— Теперь он будет гнить заживо, — смакуя, пропел Барон. — Впрочем, он уже давно гнил душой. Так что, телесное разложение Жаку будет в самый раз. Мы помогли сложить душу и тело в единое целое.
— Что бы вы ни говорили, это ужасно, — пробормотала, отворачиваясь девочка.
На улицах появились машины и толпы людей, разбирающих завалы, и баррикады сооружены ветром.
— Нам нужна машина, чтобы покинуть город, — заметил Барон.
В ответ на его слова из-за поворота вынырнул чёрный лимузин, невольно привлекающий к себе внимание своей нетронутой полировкой. Подъехав к Дорну, остановился. Ещё одна машина появилась оттуда же и, взвизгнув покрышками, остановилась возле лимузина. Выскочившие шофёры, услужливо распахнув дверцы, замерли в ожидании. Светлана потянулась к Катерине и Амон, не возражая, исчез в первой машине вместе с Дорном и Бароном. Пёс последовал за ним. Валентин сел возле водителя второй машины, а Катерина и Светлана устроились на заднем сидении. Юм, не слушая возмущённых возгласов, полез через женские коленки и устроился между Катериной и Светланой.
Синхронно захлопнулись двери и автомашины направились к выезду из города.
Машины мчались по дороге, догоняя время, оставляя за собой километры. Остановившись в Джексонвилле, путешественники посетили один из лучших ресторанов, наведя лёгкую панику, среди обслуживающего персонала, своим дорожным видом.
— Чёрт побери! — рявкнул мужчина, с силой опуская стакан на стол.
Он был лет сорока, с довольно засаленным видом. Шляпа с широкими загнутыми полями, была надвинута на лоб, из-под неё зорко смотрели, жёлтые колючие глаза. Он был плохо выбрит, а его одежда явно нуждалась в чистке.
Стук стакана заставил поднять голову сидевшего рядом человека в такой же ковбойской шляпе, поля которой скрывали под собой ещё и глаза. Казалось, второй дремал, укрывшись шляпой от посторонних.
— В чём дело Грег? — спросил он первого, бросив на него взгляд из- под полей шляпы. Его глаза оказались светло-серого цвета, про такие обычно говорят, что они стальные, тем более смотрели они холодно, без живого тепла.
Налив себе в стакан из стоявшей рядом бутылки, он выжидающе посмотрел на его нервного соседа.
— Черт побери! — повторил Грег. — Ты ещё спрашиваешь, в чём дело! Третий месяц гниём в этой дыре, а всё из-за того, что кому-то, что-то почудилось на Островах Зеленого Мыса! Меня воротит от этого места!
— Спокойнее, приятель, — ровным голосом сказал второй.
Он приподнялся на стуле, пригладил руками помятую рубашку. Выглядел он гораздо опрятнее Грега, и был моложе лет на пять. В его движениях сквозили манеры начальника. Грег, похоже, побаивался своего дружка. Глотнув из стакана, он закончил свою речь:
— Тебе оказали честь, доверив дело. Терпение. И потом, разве это «дыра»? Вполне приличный город и туристы жалуют его своим вниманием.
— «Город», — фыркнул Грег, — город для того, кто из ранчо, где самое большое поселение из двадцати домов. А мне жителю Нью-Йорка, этот «город» видится просто дырой.
— Но что хорошего в Чикаго, или скажем в Нью-Йорке? Шумные загазованные улицы, толпы людей. Здесь гораздо приятнее, — с ледяным спокойствием возразил второй. Бросив взгляд за окно, на противоположный дом, он продолжил: — Наша секта спросила оракула о местах, где большая вероятность Его появления, десятки городов сейчас под наблюдением. Нам жребий указал на этот город. Так, что не нервничай, а выполняй миссию возложенную на нас братьями.
— Поскорей бы уж сигнал пришел, что Его заметили, — снова заворчал Грег. — Тогда бы мы снялись, с этого чёртова места. О Нью-Йорк! Я хочу снова пройтись по его улицам!
— Мне и тут не плохо, — заметил второй мужчина, — Вот только таращится на стены гостиницы, что не говори осточертело! Но если Он и прибудет сюда, то точно в эту гостиницу, она самая лучшая, — обернувшись, крикнул бармену суетящемуся за стойкой: — Тайлер, будь любезен, включи свой ящик! Посмотрим, что нового в мире!
По обращению было понятно, что сидевшие за столом, постоянные посетители этого заведения и довольно хорошо знакомы с его хозяином. Последний дружелюбно махнув рукой откликнулся, попутно отдав распоряжения своему помощнику: