- Твой чертов пес, всего меня измусолил. Будто я кость какая-то! - застонал Юм, стараясь пригладить шерсть в нужном направлении. О! Он опять лизаться лезет, Амон убери пса! И пусть свои нежности он высказывает на ком-нибудь другом. Светлана, тебе нужен лижущийся пес?
Светлана покачала головой. Пес, конечно, лижется, но, он принадлежит Амону, и об этом не стоило забывать.
Похоже, пес присмирел, так как Юм, успокоившись, слез со спинки на сиденье и, свернувшись клубком, уютно устроился. Единственно, его глаза, то и дело возвращались к тому, что было под ногами у пассажиров.
Машина плавно тронулась, и быстро набирая скорость, устремилась к дороге, ведущей в Рим.
Мягко и быстро неслась машина. Деревья стоявшие по обочине, сливались в одну сплошную полосу, но дальше, за деревьями, открывался замечательный вид на покрытые виноградными плантациями холмы. Строгие ряды виноградников мелькали в такт движения автомобиля, и, казалось, что большой спрут раскинул свои конечности, головой уходя куда-то вдаль, и быстро перебирал щупальцами, словно догоняя мчавшийся по трассе черный лимузин. Время от времени, черная молния обгоняла на своем пути туристические автобусы, легковые машины, грузовики, которые, несмотря на разницу в скорости стремились к одной цели — Рим. И рано или поздно они все достигнуть его. Но сидевшие в лимузине, наслаждаясь комфортом и скоростью, прибудут в легендарный город, далеко оставив позади себя путешествующих по этой трассе.
- Страна виноделия, - сказал Дорн, окидывая взглядом, вид из окна, - Не зря Италия занимает одно из первых мест по выпуску вина. Светлана, ты пробовала местный напиток? Как он, пришелся тебе по вкусу?
Искоса посмотрев на сидящего рядом Амона, пожав плечами, Светлана несколько неуверенно ответила:
- Да, как-то пришлось выпить, но я была не в восторге от него.
Дремавший на мягком сиденье кот, вскочил, будто его подбросила пружина.
- Амон! Неужели ты предложил девочке низкосортное вино? Мадеру не нашел что ли? В твоем распоряжении все марочные вина. И усмири своего пса. Чего это он на меня так смотрит?
И действительно, пес, который при выезде из Неаполя, снова стал видимым, не сводил горящих алым пламенем глаз с кота. Розовым языком пес прошелся по своей морде. А по пути не забыв смачно облизать и желтые клыки. Звучно захлопнулась пасть. Кот занервничал.
- Амон, ты все-таки признайся, кормил его? Что-то мне глаза пёсика не нравится. Может пес хочет вина? - и уже обращаясь к девушке. - Светлана ты попробуешь предложенное мною вино? Оно будет гораздо лучше, чем то, которым тебя поил Амон.
Презрительно фыркнув, Амон, наигранно с ласковым недоумением, спросил Юма, причем, этот ласковый тон не сулил ничего хорошего:
- И где же ты достанешь этот лучший из лучших?
- А из твоих погребов, - парировал кот.
- Хорошая мысль, - подключился к разговору Барон, - Амон, а ну-ка раскошеливайся.
- За этим проблем не будет, - махнул рукой Амон. Внезапно возникла пузатая бутылка из темной керамики, покрытая пылью и паутиной. Горлышко бутылки было залито сургучом.
Сразу у всех в руках появились рюмки (даже у шофера). Кот принялся важно разливать вино. Барон держал две рюмки, тем самым, помогая шофёру. «Нам ещё нужно доехать до Рима», - пояснил он заботу о водителе: - А после можно угостить и его.
Дорн решительно запретил и Светлане пить этот напиток, бросив уничтожающе-суровый взгляд на Юма. "Еще не время", - сказал Дорн, забирая рюмку у девушки. Светлана неуверенно заметила:
- Вообще-то мне не хочется пить, - и поинтересовалась: - Почему мне нельзя из этой бутылки?
- Это не для людей, - ответил Дорн, и, добавил: - Но ты попробуешь вино Амона, когда придет время. Ведь так, Амон?
Амон согласно кивнул головой. Посмотрев на потрясенную девушку, растягивая слова, сказал, обращаясь к ней:
- К моему сожалению, это будет нескоро.
- А может вообще, не будет? - предположила Светлана.
Кот фыркнул в свою рюмку. Барон мерзко захихикал, а Дорн как-то мягко, почти незаметно усмехнулся. Амон промолчал, но присоединил свою ухмылку к всеобщему веселью, вызванному последними словами девушки.