Было еще много мелочей, которыми подозрительная Агата уже успела поделиться с монахинями.
Отвлекшись от мрачных мыслей, Светлана посмотрела на доску. Святой отец все ещё никак не мог решиться на очередной ход. Как правило, он более серьёзно относился к игре, соответственно и выигрыш всегда был за ним. Отец Антонио поднял руку и в размышлении подержал её над фигурами. Наконец решившись, он передвинул пешку на одну клетку, и подняв голову сказал.
- Джованни прислал весточку. Вроде, он там с кем-то пытается договориться о фальшивом паспорте
Светлана, недолго думая, пошла слоном и сказала:
- Если Италию можно покинуть только таким способом, то пусть будет так.
Отец Антонио погрузился в размышления, но через некоторое время, с видимым трудом оторвавшись от доски, поинтересовался:
- Почему ты не захотела пройтись с монахинями на рынок? Неужели тебе не наскучило сидеть окруженной высокой стеной? Конечно, странно это слышать от священника, и все же?
- Боюсь покинуть святую землю, - со вздохом пояснила девушка.
-Угу… - промычал священник, давая понять, что он её слышит.
Обдумывая тем временем новый ход. Ещё минутная задержка и тура, пересекая доску из одного конца в другой, остановилась на белой клетке. Священник выжидающе посмотрел на девушку:
- Я сегодня поеду в Ватикан, у тебя нет желания сопровождать меня?
Подумав, Светлана решительно отказалась:
- Нет. Мне все-таки спокойнее здесь.
Передвинула фигуру. Священник, проследив за её ходом и сам, сделав следующий ход, счастливым голосом сообщил, что ей мат. На этом игра закончилась.
Оставив девушку сидеть под деревом, священник устремился в церковь, чтобы провести там пару часов в молитве. Потом, критически осмотрел свою рясу, и, пройдя через всю церковь, вышел в противоположную дверь на улицы города. Направился к ближайшей остановке автобуса, с улыбкой отвечая всем встречным на приветствия, ибо в этом районе его знали все.
Тёмная фигура, отделившись от стены, двинулась навстречу священнику покинувшему церковь.
Их дороги, пересеклись в нескольких метрах от остановки.
- Мир тебе Антонио, - произнес человек одетый во все черное, встав у него на пути.
- Мир и тебе, сын мой, - ответил священник, машинально отметив про себя, что, зная его имя, этот человек не назвал его святым отцом. - У тебя есть дело ко мне? - спросил отец Антонио, видя, что человек уступать дорогу не собирается.
- Есть! Конечно, есть! - воскликнул тот и доверительно добавил: - Знаете ли, я из органов власти. - Тут он многозначительно замолчал, а потом продолжил уже с другого конца: - Дело касается некой особы, проживающей в вашем заведении.
- «Заведении»? - нахмурился отец Антонио, ему не понравилось определение церкви, выбранное незнакомцем. Да, и на полицейского он не был похож. Странный какой-то с клыками, хромой и огненно-рыжий. Неужели таких набирают в полицию? - Это не заведение, это храм божий, и вообще какие органы Вы представляете?
- Самые значительные, - гримасничая, заверил его незнакомец, со зловещей ухмылкой повторил: - Самые... - затем, не давая священнику сказать ни слова, продолжил:
- Но, это неважно. Важно то, что у вас в храме, - последнее слово он особенно подчеркнул. - Проживает девушка, которая находится в розыске. И мы категорически настаиваем на ее выдаче.
Отец Антонио молчал. Уж очень не нравился ему этот тип. И то, что тот наговорил, казалось просто выдумкой. Внезапно приняв решение, как ему показалась верное, отец Антонио решительно заявил:
- Нет. Ни о какой выдаче и речи быть не может, только вся полиция Рима сможет вытащить её из монастыря.
Священник повернулся, чтобы уйти, и не увидел, как перекосило злобой лицо человека одетого в черное, но тот быстро взял себя в руки, и мягко убеждая, заговорил, удерживая священника за руку:
- Вы правы и не правы. Я действительно, не из полиции Рима, - тут священник снова с интересом посмотрел на собеседника. - Но я действительно представляю одну из всесильных сторон и она заинтересована, чтобы девочка вернулась назад. Ну, Вы сами посудите, документов у неё нет, родных тоже. Девочка одна на этом свете. И тут наша компания, одна из могущественных в мире, берет её на поруки, так сказать - удочеряет. И Вы обязаны как человек и как священник вернуть девочку, её законному опекуну. Мы готовы щедро вознаградить вас, компенсировав все причиненные вам неудобства.