Несколько секунд стояла тишина, затем все окна распахнулись, как будто приглашая кого-то в гости. Послышался нарастающий шум, при приближении он разделился на веселые выкрики, женский смех, свист, улюлюканье и ещё множество других звуков, которые, обычно, выражают восторг, радость и веселье, все возгласы и крики как многотонный водопад обрушились в зал. Все это сопровождалось мелькающими в свете свечей, женскими фигурами.
Нескончаемым потоком они врывались в окна, заполняя помещение. Падали на колени, опустив голову, замолчав, в благоговении замирали. Их длинные волосы стелились по паркету золотыми, серебряными, медными и черными локонами. И каждая была со своим «транспортным средством».
Девушка с удивлением рассматривала предметы домашней утвари. Здесь были швабры, метлы, скалки с длинными ручками даже присутствовал пылесос. Отвергая все законы физики, они стояли под таким углом к полу, что невозможно было понять, как вообще удерживается равновесие, и они не падают, подчиняясь земному притяжению,
Поток проникающих в зал тел оскудел. Вот уже последняя женщина влетела в окно.
Ставни закрылись.
Звенящая тишина окутала помещение.
Тысячи сверкающих глаз, выжидающе смотрели на восседающего, на троне Дорна. Тысячи грудей вздымались и опадали, судорожно прокачивая воздух через лёгкие, слегка задохнувшиеся от безумных гонок по небу. Тысячи рук сложились в приветственном жесте и тысяча деревянных ручек от веников частоколом стояли над спинами преклоненных женщин.
Дорн снял руку с плеча девушки и одним небрежным жестом поднял всю «рать» на ноги. Тишина спала, зазвенели веселые голоса, послышался смех. Все женщины были прекрасны, молоды. Изящные и стройные фигуры никак не вязались с представлением Светланы, с образом ведьм. Ведь, как правило, в понятии "ведьма" или "колдунья” подразумевалось что-то страшное и уродливое. А здесь, весь зал был заполнен "амазонками", сверкающими молодостью и красотой. Приглядевшись, Светлана увидела в общей массе представительниц не только европейской национальности, но и темноволосых монголок, и невысоких японок. Сверкая белками глаз и сахарными зубками, здесь даже были женщины из жаркой Африки. Представительницы всех рас и народностей, можно было увидеть на этом сборище ведьм, одеты они были разнообразно, голые, и закутанные в саванны из легкой, воздушной ткани.
Светлана вздрогнула от неожиданности, когда жаркая ладонь Дорна, снова опустилась на её плечо.
Из общей массы отделилась чернокожая женщина и с почтительностью приблизилась к трону. В руке она сжимала какой-то невообразимый веник, составленный из огромных лопухов, казалось, она держала опахало.
Низким, приятным голосом она произнесла фразу на незнакомом Светлане языке. Юноша, сидевший у подножия трона, что-то ей ответил, вызвав улыбку у свиты. Дорн повернул горящий глаз к девушке.
- Это Анура, она здесь старшая, - обращаясь к прекрасней негритянке, сказал ей: - Анура это девочка сегодня будет вашей гостьей. Негритянка улыбнулась, сверкнув ослепительно белыми зубами, приложила руку к шее, где висела высушенная лапка летучей мыши, неожиданно ответила по-русски, слегка искажая звуки странным акцентом. Акцент немного напоминал азиатский.
- Мой господин! Это большая честь для нас. Что может быть лучше, чем присутствие королевы на наших плясках?
Дорн мягко возразил ей.
- Ты ошибаешься Анура. Она не королева, но от этого она не стала менее значимой фигурой в моем окружении. Я требую к ней отношения, которого заслуживает королева, - улыбнулся, и добавил фразу, которая прозвучала как похвала: - У тебя острый глаз Анура, ты сразу разглядела кто перед тобой, пусть немного и опередив события.
- Мой господин очень добр ко мне, - смиренно ответила негритянка.
- Не больше чем к остальным, - заметил Дорн и приглашающим жестом указал ей на ступеньку у подножия трона.
Анура опустилась на ступеньку рядом с юношей, а тот, достав из воздуха наполненные прозрачным напитком фужеры, протянул ей один. Чокнувшись, сидящие у подножия, опрокинули содержимое в рот. И снова что-то возникло и заплескалось в опустевшей посуде, Дорн, оставив в покое пьянствующих, снова повернулся к девушке, сидящей по его правую руку.