Дорн страшно захохотал. Завибрировали стекла в окнах, затрепетали язычки пламени в свечах. Дикий вой собак зазвучал с удвоенной силой. Поморщившись, Дорн бросил короткий взгляд на распахнутые створки. Люди, находящиеся в зале вздрогнули, когда звук захлопнувшихся дверей прокатился по дому, будя эхо. Хозяин снова перевел взгляд на толпу. Вежливо пояснил:
- К моему сожалению, кое-кто из вас первым засвидетельствует свое почтение создателю, и я надеюсь, передаст Ему мой привет. Я очень огорчен, что ещё нескоро лично увижусь с ним, - вздохнул. - Общаемся все как-то через посредников.
- Слишком много разговоров, - перебив Дорна, воскликнул главарь. Приставив дуло к голове девушки, предупредил: - Если сейчас же не вернешь мою дочь, то её ты больше не увидишь.
- Так мы никогда не придем к пониманию, - покачал головой Дорн. – Хорошо я сам освобожу ее, но это не улучшит ситуации для вас.
- Попробуй, - прищурился главарь и замер в ожидании, когда владелец дома спуститься в зал.
Но он не спешил приблизиться к ним.
Дорн, скрестивший руки на груди, усмешкой осмотрев собравшихся, поднял левую руку и щелкнул пальцами. Изумленный вздох пронесся по помещению. Только что, тут стояла девушка под дулом винтовки и раз - ее не стало. Застучали по паркету каблуки, люди угрожающе придвинулись к лестнице.
Глаза Дорна мягко засветились. Спутники за его спиной так же взирали на потрясенных людей, светящимися желтым светом глазами. Худой человек, стоявший рядом с хозяином особняка, по-прежнему был бесстрастен и равнодушен. Темные очки скрывали половину его лица.
Дорн заговорил, не скрывая своего презрения:
- Можете не креститься. Пустая трата времени. Я не мелкий бес, чтобы изгонять меня таким образом.
Ответом ему прозвучали выстрелы.
Трясущимся руками, нападающие запихивали патроны в ствол оружия и почти не прицеливаясь, спускали курок. Паника охватила всех присутствующих. Шум выстрелов, вероятно, был слышен в городе. С безумными от страха глазами, дрожащими губами, шепчущими молитвы, люди пытались защититься, надеясь на силу оружия. Оно всегда безотказно помогало им в трудных ситуациях.
Но не здесь.
Запах пороха наполнил помещение. Дым стелился над головой, заставляя слезиться глаза.
Опустошив один магазин пистолета, его владелец вставлял другой, и стрелял, стрелял в дьявола до полного использования патронов.
Людям в зале было видно как пули, проходя сквозь тело демона, вонзались в стену и мелкая пыль и кусочки штукатурки сыпались вниз, сплошным дождем, осыпая пеплом головы нападающих. Глухо рявкали карабины и их заряды превращали в труху деревянную балюстраду.
Рыжий демон, в ухмылке показав клыки, пнул перила, и они с громким треском рухнули, вниз придавив несколько человек.
Выстрелы редели.
Кончался запас патронов.
У кого-то совсем опустел патронташ. Кто-то сам прекратил стрельбу, увидев бесплодность попыток.
Еще пара выстрелов, пробивших дырки в стенах и воцарилась тишина.
Дорн пошевелился:
- Признаться, вы позабавили меня, - пронесся низкий голос над залом. Его глаза по-прежнему излучали свет. Он спустился с последних ступенек и ступил на паркет.
Толпа поддалась назад, отшатнувшись в страхе.
- Кресло мне, - негромко произнес Дорн и перед изумленными зрителями на секунду забывшими свой страх, появилось неизвестно откуда, кресло с высокой, раздвоенной спинкой. Когда Дорн опустился в него, величественно положив руки на подлокотники, то для присутствующих показалось, что за спиной демона находятся черные крылья.
Его спутники встали позади, только человек в очках пристроился сбоку.
Глаза дьявола померкли, и теперь они равнодушной бездной смотрели на людей. Барон снял зеркальные очки, пальцами протерев стекла, водрузил на нос, было ощущение, что он приготовился к продолжению “спектакля“ и не собирался из него ничего пропускать. Амон отпустил рукоять кинжала и, засунув пальцы за ремень брюк, замер, окидывая недобрым взглядом присутствующих.
Дорн, подняв левую руку с подлокотника повернул ее ладонью вверх, сверкнув голубым светом, молния легла на нее, приобретая очертания шпаги. Взяв ее за эфес, Дорн опустил острие на пол, используя как трость.