- Знаменитый моллюск - Мурекс брандарис, из его тела изготовляли драгоценный пурпур. Обычно им окрашивали одежды, всякие там церковные ткани. Или вышивали нитками, окрашенными пурпуром. Особенно кардиналы ценили его. Это были очень дорогие ткани.
- Она очень красивая. Вы не шутили когда сказали, что из неё добывают краску? Крошат что ли?
- Нет, - усмехнулся Амон, - в раковине есть моллюск, вот из его тела и добывали пурпур. Правда не знаю, что они нашли в этом цвете. По мне лучше черного и быть не может.
Светлана перевернула раковину, потрясла её, попыталась заглянуть внутрь, ничего не увидев с удивлением, посмотрела на Амона.
- Разумеется, их продают уже очищенными, - весело улыбнулся Амон блеснув клыками.
Шедшие навстречу люди отшатнулись от него, и ещё долго оглядывались на туристов. Такую пару они не видели никогда, хромой, рыжий со страшными клыками и черными глазами, рядом девушка с распущенными, светлыми волосами, искрящимися на солнце. На её руке был золотой браслет и черная татуировка. Эти двое надолго запечатлелись в памяти людей, которые встретились им по дороге.
Дойдя до трапа яхты, они обнаружили, что остальные уже на месте. Катерина, тормоша надутого и обиженного кота, хвалилась перед ним покупками. Валентин с Бароном закуривали приобретенные сигары. Юм, все норовил присоединиться к ним, но Катерина не отпускала его от себя, вытряхивая на палубу всё новые и новые покупки.
Поднявшись на судно, они вызвали весёлый переполох. Амон присоединился к курящим. Катерина с восторгом рассмотрела раковину, угостила бананами Светлану, и с удвоенной энергией принялась раскладывать покупки, теперь уже перед Светланой. Воспользовавшись паузой, Юм тихонько улизнул к мужской компании, и тут сразу же громко потребовал внимание к своей персоне и сигару. Дорна, всё еще не было. Он появился уже ночью когда, звезды высыпали на темном небе.
Уставшие от впечатлений, и наконец-то разобрав покупки, Светлана и Катерина сидели в кают-компании. Они спокойно восприняли появление Дорна в забрызганных красным одеждах, и с такими же красными руками. Светлана продолжала пить сок и слушать о чем говорит Катерина.
- Вот этот кулончик, мы попросту стащили, - весело рассмеялась Катерина. - Продавец никак не хотел сделать скидку, а мы из принципа тоже не уступали. Зато, как ловко мы его стащили, продавец ничего не заметил. Но он мне не нужен. Кому же его подарить. Светлана тебе не надо?
- У меня есть медальон. Его мне дал Амон, мне кажется, на этом нужно остановиться. Подари кулон девочке. Пусть ей будет немного лет, но я думаю, она оценит твой подарок, тем более он золотой!
- Я согласна, пусть первая девочка, которая встретится мне на пристани, получит этот кулон.
Они вышли из кают-компании, и подошли к трапу. Несмотря на поздний час, в порту было много людей, и через несколько минут, осчастливленная девочка лет девяти, зажав в руке золотой кулон, летела домой, чтобы похвалиться перед родными и подругами. Проводив её взглядом. Светлана повернулась к Катерине.
- Катерина здесь есть бассейн. Может, поплаваем? Остальные куда-то затерялись и мы можем спокойно, без купальников искупаться. Сегодня было довольно жарко.
- Конечно, моя дорогая, - обняла Светлану за талию Катерина. - Я с удовольствием поплаваю. Правда, твое желание уединиться от мужчин и поплавать обнаженными мне кажется смешным. Я не раз, была без одежды перед ними, и поверь мне, стыда не испытывала. А если ты не хочешь другой компании кроме меня, воля твоя. Никто не будет нам мешать, это я гарантирую. По крайней мере, сегодня, ведь ты все-таки принадлежишь Дорну, и как он решит, так и будет. Пойдем, освежимся.
Прежде чем открыть дверь в бассейн, Светлана, уводя глаза в сторону, сказала Катерине:
- Прежде всего, я принадлежу Амону, Дорн отдал меня ему. У него была даже ссора с Бароном. Так что Амон, как это не прискорбно признать, мой, надеюсь временный, опекун.