Что же, кем бы ни были похитители, они умели блокировать волшебников, того не отнять - даже многомудрая Маега с трудом понимала, как именно провернуть такое масштабное воздействие, если только не зачаровывать всю комнату сразу, да и чары должны быть совсем необычными. Тех, кто повелевает мощью стихий такой барьер остановит, но что на счет тех, кто может позвать себе на помощь верных Хао? Подобные отношения не закрыть простым ошейником, не отменить лишь лишив доступа к дару, не зачеркнуть даже самой прочной клеткой.
Они обе находились в одной комнате, большой, неплохо и со вкусом обставленной, было даже зеркало и ванна, причем очень и очень качественные, не хуже тех, что имелись в их родном доме. В этой же комнате обе говорящие с духами принялись звать. Что бы ни делала блокировка на стенах, как бы она не разделяла одаренного и его дар, но против зова, причем мощного, тренированного и развитого, она просто не была предназначена. И мать, и дочь закрыли глаза и открыли их сызнова, смотря взглядом сквозь камень и стены, сквозь магию и переплетения обнимающего колоссальных размеров комплекс чар. Они были готовы позвать и призвать на помощь верных Хао или хотя бы просто подать весточку тем, кто смог бы позже найти их обеих.
Увы, но пусть защита от магии не могла сдержать волю Хао-Сеахар и ее наследницы, это не значило, что презренные хануры не придумали что-то и против говорящих. Да, надежда у Маеги была, но быстро прошла, ибо все же глупо надеяться на недальновидную ошибку тех, кто столь лихо и умело скрал в полон мать с дочерью в месте их наибольшей власти. Как были они обе отделены от своего дара, так и все пространство этого места было отделено от духов, даже самых мелких и незначительных - ни единого Хао здесь не имелось, некому было обещать и предлагать, некого пугать и подчинять, а достать за пределы отсекающей черты не могла ни мать, ни дочь, ни обе они вместе.
Но все же нет, нет!
Дочь готова была сдаться, свернуть хао-налан, совместный шаманский транс, но мать не стала сдаваться, сочтя, что пусть и рановато, но можно преподать дочери еще один урок их искусства. Урок, к которому и сама Маега обращаться опасалась и не спешила, слишком хорошо зная, насколько это опасно, сколь легко перешагнуть ту грань, после какой и сама не сможешь вернуться. Впрочем, не опаснее полона в лапах неизвестных, которые могли в любой момент разделить обеих полонянок или вовсе придумать какой-то новый трюк. А потому пришло время учится, дочь, - так шептал Сингхе ветер в выдохе ее матери, так говорила крепко сжавшая ее запястье рука. И юная, но уже сильная Сингха была готова учится, была готова перенимать опыт и знание.
Сливаясь сознаниями, не магией, не классическим даром, но чем-то более глубоким, завязанным на кровную связь и первобытную ворожбу, что передавалась в десятках и десятках поколений Хао-Сеахар, мать и дочь слушают друг друга без слов. Без слов же передает Маега свое знание, чистым образом и намерением, воплощением разговора как таковым, для которого слова и вовсе не нужны, лишни, оскорбительны и неполноценны. Мать говорила о том, что Хао есть во всем, что весь наш мир, земля и камень, по которым ходим, небеса и ветра, каких мы жаждем, все это и есть Хао, а потому нет смысла изгонять духов и блокировать их подход, нет смысла забирать собеседников у говорящего, если он все еще способен говорить и слушать.
Потому что говорить можно и с камнем стен, с деревом пола, с пронизывающим длинные и запутанные коридоры сквозняком, со всем, что только можно и нельзя вообразить. Это опасно, это больно, это требует вложить все свои духовные, не магические, силы с высокими шансами не обрести ничего, это чревато самыми разными проблемами, среди которых просто безумие скажется совсем уж безобидной мелочью, но разъяренная и напуганная за судьбы себя и дочери Хао-Сеахар - это тот аргумент, какой, бывает, побивает даже самые невозможные прогнозы, самые тяжеловесные пророчества, изреченные провидцами. Они, обе, не в силах будучи провернуть нечто подобное поодиночке, справились с задачей вместе, переходя на следующий слой разговора, сами становясь частично Хао, при этом не имея ни своего места силы она даже доступа к дару, на одной лишь крови, таланте и вере в себя.