В иной миг она почти узнала какого-то северного вождя, который ее, вернее Аврору, тоже узнал и особенно сильно хотел ее во всяких разных позах. Улыбаясь и отсасывая одному северянину за другим, а их было почти десяток, пришедших проведать Рору-Аврору, она дождалась того, что один из них, вместо того, чтобы лапать или трахать Рору, попытался пробить той кулаком в висок, прямо вот чтоб насмерть. Легко и со смехом уклонившись, она расслабила лицо, убирая улыбку и раскрывая кольцо губ и когда его взгляд невольно прикипел к этому кольцу, не в силах оторваться, даже если бы захотел, просто сделала сальто назад.
Тот самый миленький северянин, который ее и пригласил сюда, и сам пробил своему другу в лицо, что-то говоря про договоры, сделки и безмерно могучих ублюдков, которых не стоит злить, но такие скучные вещи Рора не слушала и не запоминала. Зато запомнились парочка служанок, быстро взявших грубияна в оборот, поцеловавших его в место удара, помогших ему успокоиться, а потом попросивших Рору пройти с ними. Увы, но понадеялась акробатка-насмешница несколько зря, потому что ее попросили не кувыркаться в постели, а просто трясти своими спиральными сиськами пока две служанки что-то шептали на уши кончающему каждые двадцать секунду хаму, как по часам, правда-правда. Она трясла и хихикала, смеялась и сама кончала, так что ей, за послушание, разрешили под конец самой сесть на лицо дурачку, одновременно взяв его все еще напряженный и кончающий член в ро-ротик, и на некоторое время она выпала из реальности.
Когда вернулась, хама уже успели увести, а она вместо члена сосала сладки-сладкий леденец в форме такового, так что не став вынимать удивительно вкусную сладость из ро-ротика, она пошла дальше веселить народ и веселиться самой. Некий полуэльф хлопал в ладоши и откровенно хохотал вместе с ней, когда она показала ему, как умеет ловить падающие вниз игрушки своими дырочками. Правда, пришлось отдать леденец проходящей мимо с недовольным и презрительным видом темной эльфийке, мол, пусть сама развлекается. Она сначала посмотрела на нее, словно на ничтожное насекомое, а потом ухмыльнулась и забрала вкусность, принявшись лениво ее посасывать. А заодно потащила следующего за ней элегантно одетого мужчину с напомаженными усиками за воротник, словно собственную игрушку, время от времени вытягивая леденец изо рта и со мстительным удовольствием рассказывая тому, что она сейчас выжмет его досуха за его дерзость.
Остаток праздника она провела то в одной компании, то в другой, не столько трахаясь с кем-то, сколько развлекая, веселя, а также помогая служанкам с теми гостями, какие портили людям праздник. В большинстве случаев хватало простого вежливого замечания, но некоторые из приглашенных, видя кровного врага и ненавидя его столь же сильно, как и он увидевшего, на увещевания не реагировали. Пару сцепившихся в самой настоящей дуэли на десертных ножах и лопатах для разрезания тортов глупцов были вовсе скручены едва ли не физической силой. Одна из служанок брызнула им в лицо из какого-то флакона и успокоившуюся парочку, вместе со служанками куда-то унесло телепортом.
Появившаяся на праздник четыре часа спустя пара очень грудастых, и очень похотливых зрелых женщин с ярко выраженной мускулатурой в остатках с трудом держащейся на громадных сиськах мужской одежды один в один как у двух бузотеров, заодно и выглядящих родными сестрами пропавших, только очень красивыми и сисястыми, тоже вызвали определенный фурор, после этого она вообще никаких проблемных гостей не встретила. Ах да, еще запомнилось то, что никто особо не горел желанием этим дамочкам помочь с их похотью, даже сама Рора их пожалела и отлизала, чтобы не грустили, но потом один пожилой мужчина с уже седыми волосами и внешностью бургомистра одного из крупнейших вольных городов Нейрата, ранее скрывавшийся в каком-то алькове в компании с весьма фигуристой ящеролюдкой, узнал об этой истории и забрал обоих новеньких в тот самый укромный уголок. Проведавшая тот уголок немногим позже Рора, потом вынуждена была отлизать несколько раз грустной ящеролюдке, которая обижено ласкала себя собственным хвостиком и смотрела на то, как ее бургомистр не отрывался от обеих новых подружек.