Насытиться краткими мгновеньями украденного счастья.
Сладкий омут был притягательным, но все кончилось слишком быстро. Словно приснилось в коротком предрассветном сне. Или правда приснилось? Мужчина выпрямился, ссаживая ее на пассажирское сиденье и поправляя свою одежду. Отточенные до автоматизма жесты – сколько раз он повторял подобное?
– Куда тебя отвезти?
Ни капли страсти, сухой, почти равнодушный тон. Настя пролепетала адрес, скомканными движениями застегивая платье. Незнакомец кивнул, заводя мотор, и больше не смотрел в ее сторону.
Уже у самого дома, притормозив, медленно окинул девушку взглядом, задерживаясь на подрагивающих губах.
– Все в порядке? Никаких обид, малыш?
Она не ответила, лишь мотнула головой, силясь улыбнуться. Холодный воздух принял хрупкую фигурку в свои объятья, стоило ей оказаться на улице. Машина плавно тронулась с места, вскоре растворяясь в темноте ночной улицы.
Тишина собственной квартирки показалась оглушающей. Отгоняя прочь мысли и отчаянно стараясь не заплакать, Настя пробралась в спальню, и, сбросив куртку на кресло, не раздеваясь, рухнула на постель, чтобы несколько мгновений спустя забыться тяжелым, глубоким сном без сновидений.
А потом пришло ее привычное утро. Звонок будильника, торопливые сборы на работу, душный переполненный автобус. В библиотеку она вбежала за пять минут до начала рабочего дня, отчего-то страшно боясь опоздать, хотя заведующая никогда не ругала за это. И лишь оказавшись в привычном, пропахшем старыми книгами мире, смогла немного расслабиться. Посетителей опять не было, и бледная девушка, остановившаяся перед зеркалом на стене, начала задумчиво разглядывать свое лицо.
Ничего не изменилось. Те же глаза, те же волосы, стянутые в небрежный пучок. Чуть больше обычного припухшие губы. Но это пройдет… Странная тоска в сердце стихнет, оставляя лишь сладкие воспоминания о растаявшей грезе.
В гулкой тишине внезапно раздались шаги, и, вернувшись к стойке библиотекаря, Настя увидела вчерашнюю посетительницу. На столешницу опустился потрепанный том. Поздороваться девица не сочла нужным.
– Все, книжка мне больше не нужна, – она собралась было уходить, но Настя не удержалась.
– А зачем вы вообще ее брали?
Бровки изумленно взлетели вверх: красавица явно не ожидала подобного вопроса. Задумалась на минуту, а потом улыбнулась сытой улыбкой абсолютно довольной жизнью женщины.
– Развлекались вечером… Пробовали новые впечатления. Ролевые игры, слышали про такое? Увлекательно, хочу вам сказать… Еще как.
«Еще как…» – эхом отозвалось Настино сознание, щедро напоминая запах дорогого салона и умелые руки, пляшущие на ее теле. Она смотрела вслед уходящей красавицы, машинально листая потертые странички так скоро возвращенной книжки. Той, что перечитывала множество раз, зная наизусть некоторые места.
«О чем ты? Чего ты? Молчи, глупое» – обращался он к своему сердцу»* «Молчи…» – приказала себе Настя. «Не смей плакать…«Ничего не случилось… Он не вспомнит… а я… я скоро забуду»
Одна слезинка все-таки сорвалась, расползаясь на пожелтевшей странице темноватым неровным пятном. Девушка снова уронила взгляд на бумагу. «Нет таких условий, к которым человек не мог бы привыкнуть, в особенности если он видит, что все окружающие его живут так же»*
Откуда мог знать человек, живший более сотни лет назад, о том, что она будет чувствовать сейчас? Почему так близки его строки к тому, что кипит внутри? На память пришла фраза, сказанная кем-то где-то, и с губ сорвался истерический смешок «Все-таки классики живы…»
*Л.Н.Толстой "Анна Каренина"
Конец