Меня так и тянуло что-нибудь написать и проверить — будет ли ракушка работать.
Аккуратно вырвав листок из своего блокнота, я задумалась, чтобы мне такого написать? Мда… как писатель я не очень. Даже пары фраз нормально составить не могу. О! А может лучше нарисовать? Да, это я могу.
Я нарисовала розовую лилию, что прислал мне Ло, а так же рядом небольшой улыбающийся свой автопортрет, который машет рукой и кричит «Спасибо!». Думаю, я вполне на себя тут похожа. Как бы то ни было, рисунок мне нравится.
Сложив листочек, я вложила его в ракушку.
Ожидая чего-нибудь из разряда вспышек света или неожиданной мелодии, я, не моргая, следила за ракушкой, но ничего не было. Сломалась? Прошло пять минут, в конце концов, я не выдержала и раскрыла ракушку. Она была пуста.
Сообщение было отправлено. Черт, да как она работает-то?
— Не спится, Зозо? — услышала я голос с палубы. Это была наша новенькая.
— Дежурство, — коротко ответила я.
— Я думала сегодня дежурит доктор Чоппер, — улыбнулась Робин, и неожиданно рядом со мной возникла отдельная рука, которая протягивала кружку горячего кофе. Я знала, что это способность Робин, но все еще никак не могу привыкнуть к ней.
— Спасибо, — сказала я, беря в ладони горячий напиток. — Почему сама не спишь?
Как-то мы быстро перешли на «ты», даже не заметив перехода. Да и был ли он вообще? Хоть я и понимала, что совершенно ее не знаю, мне было с ней просто.
— На новом месте всегда трудно засыпать, — призналась Робин. — Да и тем более с Крокодайлом я привыкла жить в вечной настороженности. Это уже стало не просто привычкой, а моей частью.
— Понятно, — я сделала пару глотков кофе. Хм, Робин переборщила с сахаром, но пить можно.
— Зозо, я хотела спросить, — начала Робин, и я с любопытством посмотрела на нее. — Ранее ты говорила, что видела понеглиф в своей деревне и что уничтожила его.
— Так и есть, — спокойно сказала я.
— Но как? Состав понеглифа неразрушим. Он был разработан специально, с целью чтобы его невозможно было уничтожить столетиями. Как маленькая девочка смогла это сделать?
— Разве это сейчас важно? — устало спросила я. — Робин, пойми, в отличие от других стран, в том числе и от Арабасты, моя деревня никогда не забывала значения символов на нашем понеглифе. Хотя больше чем уверена, что если бы ты посмотрела на него, то решила бы, что это оружие, — глаза Робин слегка помутились. Видно, с этим угасала еще одна ее надежда. — Однако мы так не считали.
— О чем ты? — не понимала Робин.
Я посмотрела на нее. Эта тема действительно беспокоила девушку. Двадцать лет посвятить себя поискам понеглифов — слишком долгий срок. Встав, я спрыгнула с мачты на палубу и, подойдя к Робин, взяла из ее кружки с кофе чайную ложку.
— Смотри! Что ты видишь? — спросила я, указывая на ложку.
— Чайная ложка, — непонимающе ответила Робин.
— Как ее можно использовать? — спрашивала я, возвращая ложку девушке.
— Как кухонный прибор, как предмет для размешивания напитка или как мера измерения чего-нибудь, — стала перечислять Робин.
— Именно, — сказала я. — Но знаешь, что ты или я можем схватить эту металлическую ложку и использовать как предмет убийства, воткнув кому-нибудь в горло или в глаз, — Робин молчала, однако до нее стало немного доходить. — Исходя из этого, я могу с уверенностью сказать, что ложка это оружие. Причем опасное оружие, верно? Но мы ее используем как обычную ложку, чтобы помешивать кофе. Моя деревня не считала, что на понеглифах имеется оружие.
— Что же они думали?
— Они думали, что это энергия, сила, использовать которую нужно умеючи. Мы успели изучить только один понеглиф. И его знания были великолепны. Деревья, что росли в нашей деревне, были тому доказательством.
— Что? Так те деревья — это…
— Да, это плод нашего изучения. Понеглиф раскрыл нам секрет того, как можно выращивать их и приносить людям пользу. Однако эти деревья также могут быть мощнейшим оружием, за которым бы охотились такие люди как Крокодайл.
— Именно поэтому ты уничтожила понеглиф?
— Может быть, — сказала я, улыбнувшись. — Но по большей части потому, чтобы он не достался одному единственному человеку. Тому, кто разрушил мою деревню. Я не сразу поняла, что он искал. Зачем он совершил подобные зверства? Неужели, золото настолько ценнее человеческой жизни? Однако, когда до меня дошла правда, я сделала то, что сделала…
— Понятно, — какое-то время мы стояли, молча наблюдая как наш корабль рассекает на волны. В конце концов, глубоко вздохнув, Робин добавила: — Жаль, что те знания были утеряны.