Санджи побежал на кухню и растопил самую жаркую печь, на которую только способен. После чего стал забрасывать туда весь лед. От дикой жары лед тут же таял и испарялся.
Мое сознание стало чистым. Мысли путались. Я чувствовала, как взлетаю. Это моя душа поднимается на тот свет? Потом я почувствовала боль. Резкую, острую, пронзающую все. Мир потемнел и приобрел вес. Я буквально задыхалась. Легкие, голова, ноги и руки… все словно выкручивало на изнанку.
Потом я услышала крик. Свой собственный крик. На него в кухню все сбежались, но я продолжала кричать. Больно, страшно, безумно… Наконец сознание немного прояснилось, а боль отступила, и я смогла понять, что происходит. Я сидела на кухонном полу. Рядом сидел Санджи и держал меня за плечи, в то время как Чоппер вливал какую-то жидкость в мою руку.
— Отлично, — устало произнес Чоппер. — Она приходит в себя. Зозо, как ты? Говорить можешь?
— Да… — ответила я неуверенно. — Как? Я же… я же… я умерла!
— Нет, — покачал головой олененок. — Помнишь, сегодня я тебе сказал, что твои клетки нестабильны после той техники, что ты применила? — я кивнула. — Так, похоже, это состояние клеток и спасло тебя. Своего рода они продолжали то становится воздухом, то огнем. Ты не контролировала их. Я боялся, что может наступить момент, когда клетки не выдержат такой нагрузки и взорвутся, но это только спасло тебя. Если бы не способность огня и воздуха… — олененок не договорил. Тут и так все стало ясно.
— Вы уникальны, Зозо-сан! — восторженно произнес Санджи и заплакал. — Я так рад, что с вами все в порядке.
— Как там Луффи и Робин? — спросила я. — Я видела…
— Да, — кивнул Чоппер. — Они спят. Мы вовремя успели разморозить их. Тебе тоже стоит отдохнуть.
С этим я спорить не стала, просто кивнула и, закрыв глаза, уснула.
Глава 50. Отдыхаем
Чтобы мы пришли в норму, было решено бросить якорь на четыре дня. Хотя мне бы хватило и два. Что могу сказать — я живчик!
Правда первым все же очнулся Луффи и своими рыданиями от счастья разбудил меня с Робин.
— Черт, Луффи, чего ревешь? — злилась я, чувствуя, как меня обнимают сотни резиновых колец. — Задушишь же! Кха…!
— Уааа!!! Я так счастлив, что с вами все хорошо!
Да уж, на Луффи это не похоже. Видно он действительно испугался за нас. Однако ночью на вопли Луффи в комнату, что нам выделили под лечение, забежала вся команда. Вот тогда действительно был настоящий потоп соплей и слез. Только не от Зоро. Дождешься от него. Ага, конечно. Тот только хлопнул меня по спине, сказав что-то вроде «Молоток!», и налил сто грамм.
Что ж… мы же пираты, поэтому в этот же день устроили отличный праздник! Мы все живы.
Однако слова того адмирала все никак не выходили из моей головы. И видно из головы Робин тоже, так как ночью, когда я вышла на палубу, чтобы подышать свежим воздухом, увидела Робин. Она стояла у борта, укутавшись в одеяло и попивая кофе, и смотрела на звезды.
Сегодня дежурил Зоро, поэтому даже не удивилась, когда увидела его спящим на мачте. Вечно он спит, когда не надо.
— Бессонная ночь? — спросила Робин, заметив меня. Мы часто любили вот так вот посидеть под звездами и поговорить о своем.
— Как обычно, — ответила я и подошла к девушке. — Сегодня хорошо видны звезды.
— Да, — согласилась она.
Чувствовалось, что она хочет со мной о чем-то поговорить. Да и я хотела задать ей пару вопросов. Нас хотели убить. Это не проходит бесследно. Но как о таком заговорить? Как начать правильно разговор? Я не знаю.
— Зозо, — начала Робин. — Что ты думаешь по поводу адмирала?
— Боюсь, если я начну перечислять, то не выдержу и сорвусь на мат, — честно призналась я, чем рассмешила девушку.
— Нет, я не об этом. Что ты думаешь о его словах?
— Ах, вот ты о чем, — задумалась я. — В сущности, он не сказал мне ничего нового. Все это я уже слышала множество раз от разных людей.
— Ты думаешь, мы действительно прокляты? — так вот что ее беспокоит.
— Хм… не знаю, — сказала я, пожав плечами. — Я могу чувствовать проклятые предметы. Кстати, Зоро тоже. Но вот проклятых людей… с таким я еще не сталкивалась.
— А если выйдет, что ты и в самом деле проклята, что ты будешь делать? — этот вопрос заставил меня призадуматься.
Если выясниться, что я действительно несу в себе разрушение, как я поступлю?
— Думаю, ты и так знаешь, — ответила я. — Эти ребята мне очень дороги. Мы прошли через многое, поэтому, чтобы спасти их, я просто уйду.
Этот ответ удивил ее, но он не был неожиданным. Она тоже об этом думала.