–Здорово… – сказала Карен в никуда. Ей не терпелось, чтоб учебный день поскорей прошел, и она вернулась домой, где ее, скорее всего, ожидал Ким. Что-то она уже привыкла к этому странному человеку. Уже скучать начала.
Наконец, на крыльцо школы вышел директор. Все вмиг замолкли. Только где-то в задних рядах раздался негромкий детский смех, который утих через мгновение под грозным взглядом классной руководительницы. Директор помолчал, удостоверяясь в абсолютности тишины, еще секунд десять и начал свою речь. Все взоры были обращены на него.
–Дорогие ученики. Первого сентября начинается новый виток в истории учащихся и преподавателей нашей школы. Уверен, что будущий учебный год подхватит эстафету творчества, созидания и преумножения добрых традиций, порадует новыми свершениями.
У нашей школы замечательная история, нам есть чем гордиться. Убеждён, что вместе нам удастся не только сохранить то, что было накоплено, но и создать новое. Пусть время учёбы в этих стенах станет для вас временем добрых надежд, торжества разума, успехов и великих свершений. От всей души желаю всем крепкого здоровья и успешного учебного года!
Все зааплодировали. Ланс лишь демонстративно зевнул. Карен почти не слышала слов директора. Мысли ее еще остались в прошлом, где они с Кимом встретились и начали непрерывную погоню за нескучной жизнью. Она часто прокручивала в голове ту встречу и часто гадала, что бы произошло, если бы она тогда не пришла к калитке психиатрии.
Учителя вытерли слезинки из уголков растроганных глаз и стали провожать учеников первый раз за год в кабинеты. Послышались одобрительные и не очень возгласы. Ученики не хотели прощаться с летом, но что поделать? Учеба есть учеба.
«Слава Богу, сегодня только два урока, и те – классные часы» – подумала про себя Карен. Она сидела в классе с Лансом за одной партой уже пятый год. Были очень смешные моменты, тесно связанные с ним, но все осталось в прошлом. Был последний год учебы в школе.
Оба урока Карен полуслушала-полуспала. Она еще не привыкла вставать так рано. Это предстоит наверстывать. Старенький учитель в потертом пиджаке и брюках рассказывал о предстоящих экзаменах, о планах на год и о предстоящей работе. Банальщина…
Но Стоун заметила что-то странное в поведении Ланса. Он сидел за партой с ней, как всегда, но часто как-то странно поглядывал на нее. Когда Карен одними губами спрашивала его «что?», он сразу отводил взгляд и отмахивался. Постоянное ерзание, бегающие глаза, беспокойность рук… Все выглядело как-то неестественно. Ланс никогда не нервничал.
После неимоверно долгих двух уроков Карен тут же направилась к выходу из школы.
–Стоун!
Оклик заставил ее обернуться, когда она уже почти вышла из здания. Ланс бежал по коридору.
–Подожди меня! Давай я хоть до дома тебя провожу! – запыхавшись, выпалил он, как только добежал до удивленной Карен.
–Ланс, не стоит, – улыбнулась она в ответ. – Насколько я помню, последний раз ты меня провожал года два назад? – вспомнила Карен. Одноклассник как-то смутился.
–Прости… – извиняющимся тоном произнес он и тут же добавил. – Вот давай я и наверстаю упущенное!
Карен, в принципе, была не против.
Мокрый от утреннего дождя асфальт, проплывающие мимо дома, постепенно удаляющаяся школа – все это вызывало какую-то ностальгию. Неудивительно, ведь такую картину Карен наблюдала уже на протяжении многих лет каждый день. Листья не спеша опускались на землю, прилипая к лужам и бесшумно покачиваясь под дуновениями ветра. Небо выглядело пасмурным, но Карен казалось, что дождя не будет еще долго: облака были серыми, но не тяжелыми, а влажность на улице была относительно небольшой. Трава еще была зеленой, но вскоре она должна была посереть и отмереть, а землю нежно, будто одеялом, укрыл бы тонкий слой снега, такой характерный для их города.
Они шли почти что тихо. Изредка Ланс что-то как-то нервно спрашивал, Карен коротко отвечала, и их путь опять погружался в безмолвие. Какое-то странное напряжение чувствовалось в их прогулке, между ними, но Карен не могла пока понять, из-за чего оно.
Наконец, из-за угла показался дом Карен.
–Вот твой дом? – спросил Ланс, указывая на небольшое пятиэтажное здание. Карен утвердительно кивнула. – Надо же! Все еще помню. – как-то на выдохе произнес Ланс. Он стоял, переминаясь с ноги на ногу минуты две, что довольно сильно настораживало Карен. Через мгновение он неожиданно выпалил:
–Карен, я люблю тебя и любил с начала нашей первой встречи!
Фраза раскатилась эхом по переулку. Небольшая стайка голубей неподалеку встревоженно взлетела в воздух. Ноги Карен будто отказались двигаться, вросли в холодный асфальт.