–Козел, – подумал Сталлен. Или произнес вслух. Здесь нельзя было определить, что ты делаешь. Была тьма, губы не слушались от холода, и непонятно было, думаешь ты или говоришь, потому что все чувства притуплялись в такой обстановке. Нащупав тарелку из ледяной стали, он понюхал вначале отбросы адской кухни лечебницы и понял, что есть тут нечего. Тем более они могли запросто его отравить и списать все на суицид или странную болезнь. Кого волновала жизнь или смерть психопата? На первом этаже особо буйные даже иногда ухитрялись свести счеты с жизнью, и это просто забывали и хоронили их на кладбище неподалеку.
Оттолкнув тарелку с едой (если это, все-таки, можно было так назвать) в сторону, он схватился руками за голову. Как же так? Столько времени от лечебницы ни слуху, ни духу, а тут так сразу и поймали.
Делать нечего, поймали – значит, поймали, и от этого никуда не деться. Придется провести здесь остаток своей скудной жизни.
Но нет, что за глупые мысли! «Я смогу выбраться отсюда», – прошептал Ким самому себе и, услышав свой голос, удовлетворительно улыбнулся.
***
Карен твердой поступью двигалась по темной улице в сторону дома одноклассника. Фонари уже озаряли своим желтоватым светом большую часть улиц, так что в дополнительном освещении не было надобности, хоть Карен и взяла с собой карманный фонарик на всякий случай. Она никогда не была в этой части города, однако ее друг жил здесь с рождения. Найти дом было не так-то и сложно, особенно имея при себе точный адрес, который она узнала у старосты, и карту города. Тем более домина-то был огромный. Гораздо труднее было просить друга о такой серьезной и одновременно странной услуге.
Красная дверь коттеджного дома предстала перед девочкой. Тусклый свет от лампы над крыльцом придавал краске на дереве жутковатый кровавый оттенок. Карен невольно поежилась. Мурашки пробежали по спине, а на лбу проступили капельки холодного пота. Она мгновение постояла в нерешительности, но все же негромко постучала. Нельзя было ничего не предпринимать, а без его помощи ничего не получится.
За дверью послышалась возня. Раздался знакомый голос и встревоженный собачий лай. Похоже, хозяин указал псу его место, тот сразу же затих, и в спешке подбежал к двери. После небольшой заминки с открытием замков, дверь плавно открылась, и светлая шевелюра любопытно высунулась из ее проема.
Ланс Боун широкой, но, правда, немного удивленной улыбкой встретил Карен. Та стояла в нерешительности, боясь двинуться с места, и смотрела в его глубокие серые глаза, не решаясь сказать и слова.
–Ну, что ты? – в конце концов, с усмешкой спросил Ланс, которому уже надоело ждать вопроса. – Хочешь пройти? – гостеприимно пригласил внутрь он Карен. Она категорично затрясла головой.
–Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал, – начала она. – Может быть, это покажется использованием тебя, потому что ты меня любишь… – она осеклась. Что за бред вообще она говорит? Она вытряхнула из головы ненужные мысли и начала по делу. – В общем, мне нужно, чтобы ты позвонил своей матери и сказал, что с тобой что-то случилось, – начала она наспех объяснять. – Только так, чтобы она поверила и приехала сюда. И еще тебе надо придумать историю, чтобы выпутаться, когда она приедет, – посоветовала Карен. – И лучше не спрашивай, зачем! Это долгая история, а времени совсем нет. Я тебе потом расскажу, – пообещала она. – Еще раз прости, но я тебя на коленях умоляю: сделай то, что я тебя прошу!
Ланс смотрел на Карен, как на сумасшедшую. Уже какая-то нервная тусклая тень улыбочки кривилась на его лице, а в глазах был скорее страх и настороженность, чем веселье.
–Ты мне все потом расскажешь? – спросил он уже серьезно. Любопытство донимало его, как всегда.
Карен в ответ закивала. В ее душе затеплилась надежда: может, все получится?
–И это не использование меня, – заверил девочку Ланс. – Мне просто очень хочется тебе помочь, как очень хорошему человеку и другу, – он сглотнул после этого слова, но потом твердо добавил. – Правда.
Ланс, все-таки, настоял на том, чтобы девушка вошла в квартиру семьи Боун и не мерзла снаружи. Карен нехотя согласилась, боясь своей навязчивости и бесцеремонности. Глупо, но вежливость и скромность никогда не помешают, тем более девушке.
Дом изнутри был относительно небольшим: двухэтажный коттедж с небольшим балконом на втором этаже и несколькими спальнями. Непонятно было, зачем они есть в наличии, ведь семья Боун состояла преимущественно из матери с сыном. Отец Ланса постоянно был в разъездах и редко появлялся на пороге.
Дом выглядел уютно и приветливо. Приятные светлые цвета обоев, качественный паркет, небольшая библиотека на первом этаже, столовая, две ванные, отличный вид из окон, чистота – все, как в обычном коттедже довольно богатого семейства. Даже немного скучно. Но Карен и так ожидала худшего, так что критиковать не стала, а просто следовала за другом в его комнату.