Она долго не решалась. Ланс уже подставил плечо, чтобы Карен было удобнее. Она в растерянности чего-то ждала. Однако чем больше она ждала, тем скорее приехала бы мать Ланса, а Карен еще нужно было многое сделать. Она размахнулась и ударила. Но так слабо, что Ланс даже усмехнулся.
–От этого ни следа даже не останется, – пояснил он. – Бей костяшками.
Карен еще раз замахнулась. Бить друга ради спасения другого друга. Уму непостижимо!
Второй удар был более удачным. Плечо Ланса немного покраснело, предвещая синяк средних размеров. Боун с усмешкой на лице потер плечо.
–Вот и молодец, – сказал он. – Удар поставлен хорошо, – похвалил девочку Ланс, хотя Карен ни разу в жизни никого не била.
–Она скоро приедет, так что я пойду, – сообщила Карен после неловкого минутного молчания.
–Да, конечно, не буду тебя задерживать, – заверил ее Ланс и проводил до двери. Колли радостно выбежала из своей конуры, подбежала к Карен и дружелюбно лизнула руку. – Что бы ты там не затеяла, надеюсь, ты принимаешь верное решение, и у тебя все получится. Удачи, – пожелал он на прощание.
Карен еще раз поблагодарила Ланса (наверное, уже в сотый раз) и побежала продолжать совершать пункты своего плана.
***
Руперт в машине ждал дочь у перекрестка неподалеку. Он уже начал беспокоиться, но вскоре увидел подбегающую к дверям машины запыхавшуюся дочурку. В голове у него все еще осталась капля сомнения по поводу того, что они собирались делать, но Руперт с успехом подавливал желание не довести до конца все затею.
Карен, запыхавшись, ввалилась в салон автомобиля.
–Ну, что? – спросил отец. – Все в силе? Он позвонил?
–Да, – переводя дыхание, ответила Карен. – Едем в больницу.
Отец надавил на педаль газа, и они помчались вперед. Свет от горящих окон домов сливался в сплошные линии от скорости. Светофоры не имели большого значения для отца с дочерью. Да и было, наверное, уже около четырех часов ночи, поэтому машин на улицах не попадалось. Погода была прекрасная: снег прекратил идти в первый раз за несколько дней, и это казалось таким непривычным событием. Карен вспоминала первый снежный день с Кимом, пока они ехали к месту назначения.
Стоуны быстро доехали до парка рядом с лечебницей и припарковались неподалеку. Нельзя было выдавать свое присутствие.
Карен с отцом прокрались сквозь деревья. Психиатрическая лечебница №7 почти не подавала признаки оживленности. Только одно окно в углу здания горело желтым свечением. Карен пригляделась.
В окне наспех собирала вещи Маргарет Боун. Она спешила к своему сыну, зная, что с ним приключилось несчастье. Руперт посмотрел на дочь и коротко кивнул, говоря этим, что она проделала большую работу, благодаря ее другу. Его лицо было серьезным до неузнаваемости. Губы сжались в тонкую линию, брови нахмурились, а в глазах была видна решительность. Стоуны собирались преступить закон.
Вскоре Марго выбежала из больницы, попутно напяливая шапку. Растрепанные волосы никак не хотели собираться в пучок и лезть под шапку. Забросив эту затею, она села в свою машину и громко стартовала, визжа шинами. Через мгновение ее уже не было видно.
Пора.
Карен с отцом выбежали из своего укрытия и помчались к калитке. Луна не озаряла город, а пряталась за тучами, поэтому их было почти что не видно. Темень.
Калитка, конечно же, была закрыта. Но Карен знала, что через нее перелезть очень даже возможно, припомнив свою первую встречу с узником психиатрической лечебницы. Руперт, в отличии от Сталлена, бесшумно приземлился на обратной стороне решетчатого забора. Теперь наступила очередь Карен.
Она грациозно подпрыгнула на горизонтальном железном пруте, который соединял вертикальные, схватилась рукой за пику, другой ногой зацепилась за верхнюю перегородку, ловко перевернулась и киношно приземлилась на одно колено. Отец поднял одну бровь и удивленно прошептал:
–Где ты этому научилась?
–У меня было много свободного времени, когда ты уезжал на работу, – одними губами прошептала дочь, довольно улыбаясь. Отец только покачал головой. Они продолжили двигаться к дверям лечебницы.
Из больницы раздался истошный крик.
***
Маргарет находилась в довольно сильном состоянии эйфории. После того, как Сталлен сбежал из больницы, ей урезали почти всю зарплату, а, когда медсестра его нашла, все вернулось на свои места. Где она только его не искала.
Марго обходила все больницы и морги (в надежде на то, что найдет беглеца в последних заведениях, она даже отправлялась в соседние города), обзвонила все полицейские участки и просила помочь, но ей либо не верили, либо ничего не предпринимали, либо обещали помочь в «скором» времени. Ей ничего не оставалось делать, кроме как расклеивать листовки с психопатом, моля граждан города о помощи. Но кто-то их содрал, и Марго могла поклясться, что это неспроста.