Рут сняла перчатку с указательного пальца. Сердце билось будто не в груди, а в ушах. Она дрожала, но не остановилась. Поднесла палец к языку и — еле заметное прикосновение.
Сразу вспышка.
Жар. Вода.
Темнота, давящая со всех сторон. Она не видела себя, но чувствовала — тело тонет. Что-то держит за ноги, за руки. Паника. Она хочет вырваться. Глоток — только не глоток, а хриплый, рваный вдох, полный воды. Кашель. Страх. Кто-то зовёт по имени, но сквозь толщу жидкости слышен только гул. Свет сверху. Лёгкие горят.
И — голос. Тихий. Мужской? Он говорит:
«Не бойся. Ты очистишься»
Крик. Не её. Девичий. Гораздо тоньше.
Всё рушится.
Внезапно Уилсон с резким стоном отшатнулась, тело откинулось назад. Она ухватилась за край стола — соскользнула и ощутимо ударилась бедром о край. Ноги не слушались. Казалось, словно мир покачнулся.
Тепло — нет, не тепло. Чьи-то руки — крепкие, надёжные — подхватили её, удержали от падения. Она резко вдохнула, ловя воздух как после всплытия.
— Эй. Осторожно! — приятный голос. Это был точно не Харрис. — Ты в порядке?
Рут подняла глаза. Перед ней — Гленн. Стоит совсем рядом и держит её за плечи. Его лицо близко, а взгляд цепкий и слишком внимательный пронизывает, как вода, которую она только что ощущала.
— Просто головокружение, — выдохнула Рут, не в силах контролировать голос. — Не ела.
— Это было не просто головокружение, — мягко, но твёрдо произнёс он. — Я видел.
— Видел что? Как я падаю?
— Как ты смотришь на кровь. Как будто она говорит с тобой.
Рут вырвалась из его хватки. Встала ровно. Дышала уже чуть ровнее. Губы пересохли, язык будто обожгло.
— Ты пришёл поговорить или поставить диагноз? — выплюнула она. — Не твоё дело.
— Возможно. Но я здесь не просто так. Мы теперь работаем вместе, — сказал он спокойно. — И если ты тонешь — лучше сказать об этом, пока не поздно.
— Я не тону, — прошипела она. — Я плаваю лучше, чем ты думаешь.
— Хорошо, — Гленн кивнул. Его глаза чуть смягчились, но он не спорил. — Просто не делай этого одна. В следующий раз позови, — Он повернулся, чтобы уйти, но на пороге замер. Не оборачиваясь, добавил. — Ты ведь уже знаешь, что это было не просто утопление, да?
Коронер шумно сглотнула. Глаза сами собой упали на крошечный след пореза.
— Это была смерть. Медленная. И она кричала, — тихо ответила она.
— Кто-то удерживал её под водой, — догадался детектив Риттер и, развернувшись, быстро ушёл, не сказав больше ни слова.
Позже, когда тело увезли, Рут осталась одна в своём кабинете. Свет от настольной лампы отбрасывал чёткие тени на стены, будто рисуя клетку вокруг неё. Она сидела, скрестив руки, вдавливая пальцы в локти, уставившись в безликую точку на столе.
То, что она испытала, не укладывалось в привычные рамки ни науки, ни здравого смысла. Это была не просто вспышка — не зрительный образ, не ассоциация. Это была смерть. Настоящая. Проникшая под кожу. Вода, страх, крик под водой, тьма. И всё это — её ощущениями.
Сердце всё ещё сжималось, будто оно продолжало биться в чужом теле, не вернувшись полностью в её собственное.
Раздался тихий, почти вежливый стук. Рут не ответила — не от равнодушия, а потому что не хотела говорить ни с кем. Но дверь всё равно приоткрылась — медленно, осторожно.
— Можно? — прозвучал знакомый голос.
Гленн. Он вошёл без приглашения, как человек, который уже решил, что разговор состоится. Без лишних движений закрыл за собой дверь, прошёл внутрь и сел напротив, как в допросной комнате — спокойно, целенаправленно. Рут молчала, даже не повела бровью.
— У тебя появился дар, — произнёс он тихо, почти равнодушно. Как будто речь шла о сыпи или синяке.
Она сжала челюсти. Пальцы сжались в кулаки. В голове стучало: не реагируй, не показывай, что он прав.
— Прямо как в сказке, — бросила она хрипло, не глядя на него. — Только без фей и волшебных палочек.
Гленн не улыбнулся. Он откинулся на спинку стула, сцепив пальцы на животе.
— Я не буду настаивать, — сказал он, глядя ей прямо в лицо. — Но я видел. Видел, как ты отшатнулась. Видел, как схватилась за стол, будто тебя ломает изнутри. И как прикоснулась к крови. Пусть и через перчатку — этого достаточно.
Уилсон резко подняла голову, глаза вспыхнули.
— Ты следишь за мной? — в голосе была явная угроза.
— Я наблюдаю, — Гленн не вздрогнул, не отреагировал на вспышку. Только медленно покачал головой. — Потому что знаю, что с тобой происходит.
— Просвети меня, раз уж ты такой всевидящий, — Она приподняла бровь, скептично. — Мне бы это сильно сэкономило время и нервы.