— Он был жив, когда они… Это было не убийство, — выдохнула она. — Он сам пришёл. Попросил… «очищения».
— И что это значит?
— Они обожгли его. На шее. Как клеймо. Это был ритуал. Они не убивали его, не напрямую. Просто поставили метку… и всё. Его сердце не выдержало.
Детектив сжал пальцы, шагнул к окну, взглянул в мутное стекло.
— Они не просто убивают. Они выбирают. Или принимают. И кто-то во главе. Там было имя.
Рут кивнула, всё ещё тяжело дыша.
— Арло. Он звучал… как имя, перед которым каются. Или оправдываются, — девушка бегала глазами, смотря куда-то в пустоту.
— Значит, он главный? — мужчина повернулся. — Проповедник?
— Или судья, — прошептала она. — Его боятся. Но и идут к нему. Добровольно.
Гленн медленно опустился на край соседнего стола. На лбу легла тень.
— Делайлу они не принимали. Не очищали. С ней всё было иначе. Может, она не была… «грязной» с их точки зрения. Может, она сопротивлялась. А может — знала слишком много.
— И мне кажется, что Тейт мог её знать, — добавила Рут. — Он жил при той же церкви. Он мог быть свидетелем. Или участником.
— Нужно выяснить, с кем он общался в последние месяцы. Может, в доме остались записи. Или документы. Или имена.
Рут глянула на него, уже успокаиваясь.
— Начнём с адреса. Завтра утром — его дом. Я хочу знать, кто дал ему этот след.
— Или кто велел поставить, — пробормотал Риттер, . — Потому что, если Арло жив, то это всё ещё продолжается.
Ранним утром перед началом службы Гленн подошёл к тяжёлым деревянным дверям монастыря, чувствуя, как влажный вечерний воздух наполняется запахами старого камня и мокрого дерева. Надпись у входа была почти стёрта временем, а вокруг витала та самая давящая тишина, которая обычно царит в местах, где живут люди, отрешённые от мира.
Он постучал, и через несколько мгновений двери приоткрылись, выпуская изнутри тусклый свет. На пороге стоял настоятель — мужчина средних лет, в длинной тёмной рясе, с усталым и спокойным лицом, но с глазами, в которых пряталась скрытая настороженность.
— Чем могу помочь? — спросил он, не приглашая детектива войти, но и не отталкивая.
Гленн аккуратно вошёл, оглядываясь по сторонам: церковные своды, древние иконы, свечи, чей свет казался почти живым в полумраке. Настоятель молчал, наблюдая.
— Я пришёл узнать о Тейте Брауне, — начал детектив, стараясь держать голос ровным. — Он жил здесь неподалёку, у монастыря, да? — он сделал паузу, и добавил с лёгкой попыткой улыбки: — Знаете, тот пожилой сторож, которого вы потеряли недавно.
Настоятель покачал головой, глаза его остались холодными.
— Тейт был затворником, — тихо, но твёрдо ответил он. — Он почти не выходил из дома. Никого не впускал и ни с кем не общался. Если и виделся с кем-то, то это было очень редко.
— Вы ничего не можете сказать о том, с кем он общался в последние месяцы? Или о людях, которые могли приходить к нему? — Гленн попытался найти в голосе настоятеля хоть малейший намёк.
— Прошу прощения, но я не располагаю такой информацией, — спокойно произнёс настоятель, его взгляд стал более суровым. — Монастырь не вмешивается в дела прихожан. Тейт был человеком своего рода, уединённым и молчаливым.
Риттер сделал шаг вперёд, стараясь не терять самообладания, но в глубине души почувствовал, как в этой тишине прячутся большее, чем просто молчание.
— Возможно, вы что-то упускаете, — детектив заговорил мягче, стараясь разговорить скрытного собеседника. — Эти последние события — смерть Тейта, следы на его шее… Люди говорят, что он был замешан в чем-то, о чём вы предпочли бы не знать.
Настоятель лишь пожал плечами, словно пытаясь показать: «Я не могу помочь».
— Тейт жил тихо и одиноко, — снова повторил он, — и это всё, что я знаю.
Гленн глубоко вздохнул, чувствуя, что встретил стену. Он кивнул и повернулся к выходу, но ещё раз оглянулся.
— Спасибо за время, — произнёс он спокойно. — Если что-то всплывёт — дайте знать.
Дверь закрылась за ним с лёгким скрипом, оставляя в воздухе холод и гнетущую неизвестность. Гленн остался стоять на пороге, обдумывая услышанное, понимая, что на пути к разгадке предстоит преодолеть гораздо больше, чем просто молчание людей.
Глава 17
В тусклом, холодном свете морга Рут стояла перед блестящим металлическим столом, на котором лежало тело недавно погибшего культиста — ещё одного связанного с темным культом человека, оставившего этот мир слишком рано. Воздух вокруг казался тяжелым и влажным, и несмотря на установленную в помещении температуру, холод проникал глубоко в кости, заставляя её вздрогнуть. Она ощущала, как легкое дрожание пробегает по рукам, будто внутренний голос предупреждал: «Это не просто очередное расследование. Это… нечто большее». Она глубоко вздохнула, стараясь собраться, чтобы пройти через этот странный ритуал вновь — тот, что уже не раз открывал ей мимолетные, но болезненные фрагменты чужих судеб.