Рут стояла, босая, с мокрыми от крови ладонями, и не могла понять — она спит, умирает или уже умерла.
Из темноты вышел силуэт.
Шаги были беззвучны, но тьма отступала перед ним, как вода отходит от берега. Капюшон скрывал лицо, но когда он подошёл ближе, ткань словно растворилась, и она увидела Арло.
Тот самый, которого убил Гленн. Он был жив. Или… остался здесь, в этом месте, где встречаются память, страх и правда.
Он улыбнулся, криво, спокойно, как будто встречает давнюю знакомую.
— Ты забрала то, что принадлежало мне, — сказал он, глядя прямо в глаза. — Но ты не виновата. Это Делайла выбрала тебя.
— Это… это был не выбор. Она умерла, — прошептала Рут, дрожа всем телом. — Ты… ты её убил.
— Она пришла ко мне сама, — спокойно продолжал Арло. — Она искала меня долго. Его подруга… она медленно сходила с ума. Бедная девочка…
Вокруг них начала медленно складываться картина. Мозаика из теней и кроваво-красного света. Келья. Каменная стена. Женщина с белыми волосами, Делайла, склонившаяся у алтаря, что-то шепчущая. Она держалась за голову, раскачивалась взад-вперёд, как будто в её черепе звучал нескончаемый хор голосов.
— Каждый, чьей кровью она жила, оставался в ней. Их крики, их боль. Обрывки жизней, чужие страхи, желания, грехи. Всё это… гнило внутри неё.
Арло поднял руку — в ладони вспыхнул красный символ, такой же, как тот, что был вырезан на лбу Делайлы.
— Она пришла ко мне с просьбой. Очистить. Избавить. Подарить покой. Она хотела вернуть себе тишину. Вернуть себя.
— И ты… ты сказал, что можешь это сделать? — прошептала Рут, чувствуя, как её голос застревает в горле.
— Я пообещал. Я хотел взять всё её проклятие на себя. Подарить ей… смерть без мук.
Рут потрясённо шагнула назад.
— Но она умерла. Ритуал не сработал. Почему?
Лицо Арло исказилось.
— Я не знаю. Всё шло верно. Символ, кровавый круг, её согласие… — он говорил быстро, с нарастающим напряжением, будто защищался. — Но в последний миг… я почувствовал колебание. Мгновение сомнения. Она могла… передумать. И всё рухнуло.
Образы вспыхнули: Делайла, лежащая на камне. Кровь стекает в круг. Её губы шевелятся, глаза открыты. В последний момент — рывок. Не телом, но душой. И всё рушится.
— Ты убил её.
— Нет. Я хотел подарить ей покой, — он улыбнулся. — Моя любимая и так слишком долго страдала. После очищения она должна была вернуться в мир живых и покинуть его в старости.
— Если ничего не вышло, зачем тогда другие жертвы? — голос Рут стал хриплым, дрожащим. — Эти мальчики. Девушки. Все они…
Арло подошёл ближе. Его лицо стало вдруг старше, искажённее, а глаза — пустыми.
— Я знал, ты почувствуешь. Их кровь. Их боль. Их судьбы. Я звал тебя. Так я привлёк твоё внимание. Твоя душа уже носит отблеск дара. А тело… тело тянется к истоку. Она могла вернуться ко мне через тебя.
Рут попятилась. Но мрак снова стал густым, словно вязким. Ноги не слушались. Видение начинало рушиться, свет пульсировал слишком ярко, его свет резал глаза.
— Ты должна была прийти. И ты пришла.
Последнее, что она услышала перед тем, как провалиться в ничто, был его шёпот — почти ласковый:
— Я открывал ей путь. И ты по нему пошла.
Мрак обрушился, как лавина.
Глава 26
Утро едва касалось окон комнаты, когда Рут медленно открыла глаза. В комнате царила тихая, почти святая тишина — никакой суеты, ни звуков улицы, ни привычного гула города. Свет мягко пробивался сквозь плотные шторы, расплываясь по стенам, придавая всему пространству приглушённый, тёплый оттенок. Всё казалось одновременно спокойным и странно нереальным, словно мир перевернулся, оставив после себя эту зыбкую паузу между сном и явью.
Рут попыталась пошевелиться, но тело ответило усталостью, которая была не просто физической — это была тяжесть, осевшая глубоко внутри, после всего, что случилось. Она чуть приподнялась на локте и медленно осмотрелась вокруг. Комната, в которой она очутилась, была аккуратной и уютной, с простой деревянной мебелью и горящим ночником на прикроватном столике. В углу тихо жужжал увлажнитель воздуха, создавая ощущение живого дыхания, а на столе рядом лежала полупустая кружка с тёплым чаем.
Уилсон глубоко вздохнула и на миг закрыла глаза, позволяя себе почувствовать — словно груз с плеч немного спал, и это было впервые за долгое время. Она вспоминала последние сутки — ту страшную ночь, ритуал, Арло, его слова и то, как Гленн пришёл на помощь. Как он отнял у неё этот кошмар, даже ценой чужих жизней.