Он как раз пытался найти администратора, видимо, намереваясь узнать обо мне.
Резко развернувшись, Эмиль удивленно уставился на меня.
Я неловко улыбнулась. Да, знаю, видок у меня так себе. Бледная кожа без грамма макияжа, собранные в тугой пучок волосы. Одежда тоже не первой свежести. Ника предлагала привезти мне сменную одежду, но я отказалась. Зачем гонять подругу по городу ради таких мелочей. Я же в больницу не на месяц загремела. «Всего-то один день», — сказала я, выслушивая причитания Ники.
— Добрый, — произнес Эмиль, наконец-то признав в неказистой девушке ту, из-за кого у него очередные проблемы.
Сглотнула комок. Проблемы. Уф, как же я ненавидела доставлять кому-либо проблемы!
— Вас уже выписали? — спросил он. — Кажется, я немного опоздал.
Я постаралась придать лицу невозмутимое выражение. Да, опоздал, но решила, что не стоит отчитывать того, с кем собираешься в ближайшее время вести серьезные переговоры.
— Да, буквально пару минут назад. Так что вы не опоздали.
По выражению его лица было заметно, что он мысленно выдохнул.
— Так что, идем?
Эмиль кивнул. На самом деле я хотела поскорее покинуть клинику, чтобы на нас не стали обращать внимания посторонние. Если я еще легко могла затеряться в толпе пациентов, будучи такой же бледной и замученной, как и другие заболевающие люди, то Эмиль благодаря своей фигуре и яркой внешности буквально приковывал к себе внимание. За те пару минут, что мы находились в холле, на него уже стали обращать внимание проходящие мимо медсестры.
Наконец выбравшись из больницы, пропахшей лекарствами, я смогла вдохнуть прохладный воздух. Сегодня солнце пряталось за тяжелыми облаками, и погода не сулила ничего хорошего. Скорее всего, к вечеру будет дождь. Поплотнее запахнув кофточку, я направилась следом за Эмилем.
— Итак, о чем вы хотели поговорить? — сказал он, бодро вышагивая по тротуарной дорожке.
— О том, что пишут, — ответила я, перебирая ватными ногами. На самом деле чувствовала себя неважно, но врачам солгала. Хотелось просто поскорее покинуть больницу. Место, которое у меня ассоциировалось с болью и скорбью.
Эмиль посмотрел на меня так, будто в голову пытался забраться.
— Значит, всё прочитали?
Я кивнула.
— Я не хотела бы стать частью этой истории, как вы понимаете, — неловко улыбнулась, натягивая ремешок на плече. — Было бы неплохо, если бы про этот случай вообще все забыли. Тем более виновата я, а не ресторан.
Эмиль промолчал.
— Моя аллергия, — уточнила, продолжая теребить ремешок. Когда нервничала, не могла найти своим рукам занятие, кроме тех, где приходилось что-то дергать, мять или сжимать. — Просто неудачное стечение обстоятельств, — вымолвила я, сознавая, что стала вновь извиняться. Работа с психологом полетела к чертовой матери. А столько сил было потрачено...
Я прикусила губу, стараясь больше не смотреть на мужчину. Отчего-то мне стало абсолютно не комфортно с этим человеком. Может, потому что смотрел на меня своими медовыми глазами так, будто в душу заглядывал? Вот кому, а незнакомцу я точно не собралась открываться.
— Ну что же, — продолжила говорить, смотря себе под ноги, — у меня нет претензий к ресторану и к вам лично. Надеюсь, вам удастся замять назревающий скандал, потому что участвовать в нем я точно не собираюсь.
Последние слова постаралась произнести твердо, но что-то екнуло внутри. Мне даже стало немного жаль Эмиля из-за того, что кто-то пытался осквернить его работу и имя. Но, с другой стороны, он взрослый человек, который сам может разобраться со своими проблемами. Я же хотела просто дистанцироваться от эпицентра бури. Мне в моем укромном мирке неплохо живется без посторонних надоедливых особ.
— Я вас понял, Анна, — ответил Эмиль, останавливаясь у калитки, за которой начиналась парковка для пациентов клиники. — И благодарен за то, что вы не будете требовать компенсацию.
Я нервно усмехнулась.
— Мне она ни к чему.
Мы переглянулись. На миг я застыла, глядя в глаза Эмиля. Он, казалось, излучал какое-то мягкое свечение. Засмотрелась, а потом резко себя одернула. Нечего любоваться! Есть дела поважнее.