— А какой? — уперев руки в бока, спросила, а фейри улыбнулся и сказал, что хельды, как и мы, д’хари, владеем магией крови и разума. Об этом я знала, но тут другое. Часто те, у кого схожая магия, совместимы и подходят друг другу. Но тут в его задумке загвоздка, об этом и напомнила: — Я нежить, не забыл? У нас ни с кем нет совместимости, — добавив, — мы вообще мертвы, и сердце бьется только из-за энергии, текущей по артериям с кровью. Не будет ее, перед всеми предстанет труп, так что прости, но это не мое.
— А что твое? Всю жизнь на кухне провести?
— Да! — и резко покинула его компанию, как меня окликнул голос шефа.
Мои выходные накрылись большим и медным тазом, а сверху еще и асфальтоукладчиком проехались. Поясню. Сегодня и завтра — подготовка к банкету, послезавтра — сам банкет. Но не это главное, а то, что банкет для гильдии некромантов. У их главы трехсотлетний юбилей правления гильдией и отпраздновать они решили у нас, так как их привлекли мои блюда, а еще заманчивое предложение шефа о том, что есть возможность поздравить юбиляра песней и выступлением на необычном инструменте. Когда шеф вспомнил, кто я, и что любой некромант меня может раскусить на раз-два, пожалел, что язык не откусил, ведь петь и готовить придется мне в один день.
— Так что я не смогу петь, готовить могу, а вот петь… к тому же, на кухне печать Фэя стоит, — он мне ее специально поставил, когда к нам с проверкой некроманты пару раз приходили.
Шеф расстроился и повинился, что не спросил у меня, а все решил, да еще и про особенность мою запамятовал. Я же, пожелав ему удачи в поисках певицы, ушла к себе. Подготовку и банкет не пропущу, как и разговор с хельдом. Прав фейри, я все это заварила, точнее узнала, мне и распутывать.
На утро меня ждал темноволосый сюрприз в лице ректора, которого я ждала только через пару дней. Сидел он на том же самом месте, что и вчера, рядом с Фэем. Они разговаривали, смеялись, вспоминая прошлое. Когда я попала в поле зрения фейри, он позвал меня, пригласив присесть, и оставил нас с хельдом наедине. Решимость моя при мне, как и желание остановить Зайха и спасти при этом Курта.
— Фэй сказал, ты мне что-то рассказать должна?
— Да, — набралась смелости и начала рассказ, — у меня есть подруга, она наемница, — тут глаза хельда на миг дрогнули, — работает на местных стражей. На одном из заданий услышала краем уха разговор, что есть слух о заказе, необычном, сложном, требующем профессионального вмешательства, — я смотрела на демона и понимала, что он в курсе, а значит, общается с эльфом, и тот его уже обрадовал. Но не обращая внимания на его реакцию, продолжаю: — Так вот, это не было слухом. Вчера, когда я была в одном баре, встретила подругу, и она подтвердила. Сказала, что есть заказ и его взял клан д’хари, — тут его перекосило, и меня как помоями окатило, с головы до ног. Раз на одно название такая реакция, что же будет от лицезрения? Ответ я знала, проверять на себе эту вероятность не спешила.
— Это все, что ты хотела сказать? — в голосе проскользнула претензия, мол, отвлекла, ничего толкового не сказала, и тон с которым он говорил, мне не нравился, хотелось встать и выйти. Но я отрицательно покачала головой, произнеся:
— Нет, есть предложение от нее, — на вопрос «какое?», ответила: — Чтобы узнать, кто вас заказал, временно умереть, точнее, пустить слух, развязать руки заказчикам. Выведя их на чистую воду — ликвидировать.
Хельд задумался и откинувшись на спинку стула, произнес:
— Надо подумать, — я хмыкнула и хотела уйти на кухню, заказов много, а рук не хватает, как меня догнала фраза: — Вы сегодня работаете?
— Да, — затягивая волосы в пучек, спрашиваю: — а что? — натягивая перчатки, завязывая фартук, спрашиваю. Он берет меню и мельком листает, и тут определившись, спрашивает:
— Примите заказ? — почему-то мне не хотелось ему готовить. А хотелось ушат отходов на голову вывалить, как он мне, пусть и не зная этого. Так на него я сегодня отреагировала. Поэтому, посмотрев прямо в глаза, резко произнесла: