— Прошу меня простить, — я молчала, — я не прислушался к твоим словам и был наказан, — у меня словно легкие вниз упали, неужели Зайхар напал на хельда и был им убит, вот какая мысль проскочила, но нет. — У меня сегодня выдался разговор с Крионелем. Этот эльф и правда достоин своего титула, он точно знает, кто и когда на меня совершит покушение.
— Откуда?
— Он не посвящает меня в свои дела, а я его — в свои, если это не касается печати и ее снятия. Но то, что меня решили убрать и профессионально, не оставив следов, — факт. Так что я должен принести тебе свои искренние извинения, — склонив голову, произнес хельд, — ведь ты меня предупреждала, а я не придал словам значения, даже имел глупость усмехнуться над наивностью и доверчивостью.
— И? Ваши дальнейшие действия по устранению проблемы и выяснению имени нанимателя? Он есть или мне это тоже показалось или привиделось?
— Да, несомненно, наниматель есть, но его так просто не вычислить. Он действует через других, в обход поисковым заклинаниям и провидцам. Но у меня есть вариант. Сразиться с этим наемником и, скрутив его, узнать ответы на интересующие вопросы, а потом, когда получу всю информацию, отдам гончим, — из-под стола раздался утробный рык, — они всегда со мной, тень в помощь, — губ коснулась легкая улыбка.
— Ясно, — касаясь бутона белоснежного цветка, произнесла, готовясь к смерти окончательной, — только у меня есть один вопрос.
— Какой?
— А если наемников будет двое, вы справитесь?
— Хочешь помочь? — усмехнулся он. — Я уважаю твои умения, но ты повар, отличный, профессиональный, но в этом деле ты мне не помощник.
— Да, вы правы, — согласилась с хельдом.
Хельд был чем-то доволен, но задать свой вопрос я так и не решилась. Меня волновало другое. Как быть с Зайхером и его угрозами в мой адрес? Ведь с него станется начать угрожать. И не словами, а действиями.
Но сейчас на горизонте появилась другая проблема. В нашу с хельдом сторону шел виновник банкета, и мне не нравилось его выражение лица, горящие огнем глаза и сжатые кулаки. Он шел ко мне, словно грозовая туча. Я готова была к отступлению, как спас положение появившийся из-за спины фейри. Он коснулся моего плеча, сказав, чтобы я шла на кухню.
У самых дверей я услышала обрывок разговора, и слава Богам, претензия никаким боком не касалась меня, но чтобы не светиться я больше не присутствовала в зале, а когда некроманты разошлись, убедившись, что все к проведению торжества готово, мы вздохнули с облегчением. Шеф отправил нас спать и набираться сил. Еще один день, и банкет. Страшен не сам банкет, как подготовка к нему.
Расслабившись в ванной и почти уснув, вспомнила пронзительные синие глаза хельда, белую бархатную розу и стойкий запах корицы и яблока, что исходит от этого мужчины. Хотелось трепетать над его ключицей, вдыхая аромат и потоки исходящей энергии. Но он опасен и вряд ли примет меня такой, какая я есть. Так что мне остается лишь думать о невозможном и ловить себя на мысли о кончине и покое в деревянном гробу, а не счастливой жизни.
На утро, после плохого сна и предстоящей нервотрепки, ловила на себе удивленные взгляды ребят, и когда совсем было невмоготу, спросила:
— В чем дело? — держа нож в руке.
— У тебя глаза алым горят, — сказал Омар, кладя руку на плечо, спросил: — Что-то случилось, Шарлота?
— Конечно случилось, тупая твоя голова! — воскликнул шеф-повар. — У нас в зале гильдия некромантов. Думаешь, как себя чувствует Ло, понимая, что за стеной каждый из них почтет за честь вонзить ей в сердце меч и оставить умирать в муках и страданиях?
— Извини, не подумал, — повинился кондитер и пообещал, что никто не посмеет тронуть меня, они не дадут. Мне приятно, но они ничего не смогли бы поделать, приди сюда некромант с мечом в руке.
— Спасибо.
Откинув все свои страхи и негативные предчувствия, продолжала работать. Работа всегда меня отвлекала и направляла в нужное русло. Вот и сейчас руки мои порхали над сковородками, нарезали мелко овощи, отбивали мясо и куриное филе, давая глоток свободы и мгновения радости.