1 глава "Новый мир"
Зовут меня Шарлота Ранс.
С того дня, как меня перенесли в этот мир три тени, прошло пять лет. Первые дни дались мне тяжело. Ожить в чужом теле, хозяйка которого была ранена и впала в сон на десять лет, то еще развлечение, как и собирать ее память и навыки по кусочкам. Но что поделать?
Разложить все по полочкам мне удалось далеко не сразу. Только через пару недель, придя в себя и разобрав свои мысли и чужие знания в нужной последовательности, направилась в ближайший город. Встретили меня странно, хотя я и предложила деньги за вход, как это было с идущими впереди. Пропустили, а я пошла дальше.
Ноги вели меня к одному из домов. Там располагался трактир или таверна, в заведении имелись комнаты для съема на ночь. Сдавались они путникам, проезжающим через этот город. А также была неплохая ресторация, еда вполне приличная, по отзывам и откликам эмоций, витавшим рядом. Сев в уголок за одинарный столик, взяла листок, на котором были написаны блюда и цены. И меня радовало то, что девушка на момент ее погружения в сон была при наличности и в неплохой одежде, ведь за десять лет сна она не истлела и не испортилась.
Пусть денег и было на пару посещений этого замечательного места, я не отчаивалась. Ведь найти работу не проблематично, пусть и имелись некие ограничения. Но об этом я решила подумать на сытый желудок, и, к счастью, девушка-подавальщица уже шла ко мне и готова была принять заказ. Я заказала все, что могла съесть. Подавальщица не удивилась. Все записав, сказала, что через минут двадцать-тридцать все будет готово.
Через полчаса передо мной стоял суп, тушеное мясо, рагу и компот с двумя кусками хлеба. Съев все достаточно быстро, расплатившись, подошла к стоящему юноше, принимающему заказы и относящему их на кухню. Спросила, нет ли для меня работы на кухне или в зале. Он, посмотрев на меня, попросил идти за ним. Удивились моему визиту все, ведь давно в их рядах не было пополнения. Спросили, что бы я предпочла делать: мыть посуду или чистить и нарезать овощи. Не стала долго думать и согласилась со вторым вариантом.
Так я и попала на кухню. А жильем обеспечил хозяин таверны. В зарплату я отдаю два золотом за комнату, ем на работе, а одеваюсь по сезонам в ближайшем магазине у одной пожилой женщины, что шьет по мне все, о чем прошу, и берет за это половину стоимости. По началу я удивилась особому ко мне отношению, но оказалось, она видит меня и мою суть, знает о чужом вмешательстве и о том, что я гостья в этом мире. Осуждать и проклинать меня не спешила, а просто интересовалась моим миром и увлечениями. Я и рассказывала. Она слушала и радовалась.
За эти пять лет из помощника повара я стала поваром. Случилось это два года назад. Я стояла как обычно на овощах и нарезала их для каждого салата, второго блюда и супа, по-разному. Думала и вспоминала, как делала это дома до того, как серьезно заболела и слегла в больницу до конца своих дней. Но тут мою голову пронзила резкая боль, и чужая энергия потекла в мое тело, сметая все преграды. Я даже забыла, как дышать, ловила ртом воздух.
Оказалось, один из ребят чихнул во время перемешивания супа, и каким-то образом горячая кастрюля свалилась ему на грудь, приводя к тяжелейшему ожогу. Крик боли стоял жуткий, все тут же побросали ножи и сковородки, подбежали к нему. Вызвали ближайшего лекаря и отправили его в лечебницу. Я же стояла в прострации и не могла взять свою силу под контроль, как и личину.
С меня слетели все блоки, и я предстала в истинном облике. Пепельные волосы до середины бедра, стальные глаза, а так как я была под завязку напитана энергией, они полыхали алым. Кончики ушей заострились, когти почернели. На меня смотрели все и не могли понять почему, об этом и спросили:
— Давно? — спросил Фей, не веря глазам, и не понимая, как он мог не заметить нежить в моем лице.
— Больше двухсот лет, — послышался тяжелый «ах», и поток непонимания вперемешку с негодование. — Я не убиваю и не калечу, чтобы насытиться, — а сама стою и держусь за голову, так как перед глазами все плывет, в ушах шумит, а ноги подкашиваются, — получаю то, что поймаю от посетителей. А они довольны и сыты. Крохи энергии им не вредят, а мне помогают.
— Почему не сказала? — наехал на меня с претензией шеф.
— Чтобы вы сделали, скажи я правду?
Не могу поднять глаза, они словно свинец тяжелые и весят тонну. Сижу на полу и не могу даже пошевелиться, тело мне также не подчинялось. Поэтому я сидела в окружении людей и не людей, думая, как мне быть дальше: убегать или остаться.