— Буду разбираться с проблемами по мере их поступления, — и встав, поблагодарил меня. Но не за внеплановый отпуск, а за улаженные отношения с Ло и её хорошее настроение, — после того, как у тебя с ней все наладилось, дела её пошли куда лучше. Глаза горят от радости, клинок поёт, а с кнутом и рунной магией в руках... — когда только успела ей научиться, я не стал спрашивать, а слушал эльфа, — она готова порвать меня и всех, кто ей под руку попадётся. Давно я не получал такого удовольствия от сражения, — легко поклонился тёмный эльф и вышел.
Я думал, как быть с расписанием и кем получилось бы закрыть эти дни его отсутствия, какой предмет поставить, и пришёл к выводу, что никто не согласится вести лекции до завтрака. Поэтому подменить друга вызвался сам. Мне не помешает разминка, да и детей стоит держать в форме. Эльф с них потом три шкуры спустит, жалко как их, так и его труд.
По этой причине и вписал своё имя в расписание, отправив его на стену ко всем курсам. Делать было пока нечего, ещё пара часов до подъёма, решил прогуляться. Дошёл до кухни, застал там Ло, она была одна, никого на кухне не было. Увидев меня, положила поварешку, подошла ко мне и прижалась щекой обнимая, я прижал её к себе, коснулся губами её волос, уткнулся носом в макушку, сказав:
— Доброе утро, — она подняла на меня свой взгляд, кивнув.
— Кушать или кофе?
— Кофе, — она показала, куда я могу сесть, поставила чашку и, спросив, почему я не сплю, ждала ответа. Я сказал: — Крион пришёл рано, хотел озвучить претензию, но я увидел всё, что он хотел сказать, — она смотрела, одновременно с этим замешивала тесто на запеканку. Сегодня творожная запеканка, сырники и бутерброды с маслом и сыром, кофе и какао на выбор. Она это делала, не смотря в кастрюлю, я же удивлялся, но рассказ свой продолжал: — Лайтер старший обратился к нему, сказал, что ты оскорбила его сына, домогалась и приставала, а потом оклеветала, и его из-за твоей прихоти наказали, — на миг она сверкнула алым светом глаз, — но эльф всё уладил.
— Мне плевать, — отставила в сторону кастрюлю с массой для завтрака, — учти, — пригрозила она, — если хоть намёк в мою сторону, простыми словами он не отделается, — я лишь кивнул и напомнил о том, что у нас сегодня вечером дело. — Я помню, — сказала Ло и попросила меня зайти за ней. Притянув её к себе ещё раз, пожелал хорошего дня и ушёл. У меня сегодня, и в ближайшие несколько дней, занятия, вот туда я и собирался, на полигон, именно там начинается разминка и физические упражнения.
Шарлота
День был сумасшедшим, в готовке, подготовке к празднику, но застоев не было, все накормленные и довольные, не считая одного субъекта — Лайтера, который жаловался товарищам по учёбе на несправедливого ректора, уверял себя и окружающих в том, что его отец всё уладит и что ректор полетит из академии поганой метлой. Что же касается меня, дело обстояло ещё интересней, нежели простая заинтересованность. Об этом я узнала чисто случайно и то, благодаря моему отличному слуху:
— Как там наш спор? — спрашивал один из студентов стихийного направления, об этом говорила зелёная мантия, как и нашивка курса, он с последнего, выпускного года и не за горами практика и работа на благо империи.
— Скоро, — процедил сквозь зубы Лайтер, — ректор помешал, — и с полной уверенностью, как в голосе, так и мыслях, добавил: — Она готова была прыгнуть ко мне в постель, по глазам видел!
Не знаю, что он там видел, но я хотела ему лицо размазать, чтоб и намёка на внешность не осталось. Говорил он это шёпотом, но улыбка шире, чем у моей бестии, того и гляди треснет. Собеседник с ним сухо попрощался, предупредил, что будет, если он проспорит, оставив Лайтера младшего в полном замешательстве.
Я же, совсем забыв об этом разговоре, ушла с головой в работу, пока вечером меня не настиг этот самый сюрприз с букетом алых цветов, название которых я помнила и по своему миру. Назывались они гибискусами, красивые, но я не люблю цветы, тем более от таких типов, как Лайтер. Не приняв его жест симпатии, пошла к себе в комнату, но меня настойчиво решили проводить, оказывая любезность, от которой я так же отказывалась и убедительно просила держать его руки при себе. Когда не выдержала и готова была кровавую сеть под ноги кинуть, пришло моё спасение в лице Курта.