— Каким? — интересуюсь я.
— Зачем? — спрашивает Курт.
— Клану, в котором состоял я, из которого нек-ри, — говорит про того, кто пытался с помощью способностей мастера привязать к себе разум Мефа и вернуть в клан. Но есть и другой вопрос, не о коте, а о том, на кой ляд я им нужна. Меф ответил: — Они поклоняются старому богу, которого давно запечатали новые боги. Они верят, что если его освободить, тот исполнит любое их желание. Но вот в чём загвоздка: бог давно спит и найти того, кто его освободит, никак не получалось. Для его пробуждения нужен редкий на многие миры дар, — тут я начала понимать, что к чему. Это заметил как хельд, так и василиск: — Ты ведь поняла, кто и с помощью чего сможет его пробудить?
— С помощью змеиного языка, — на меня смотрел встревоженный Курт и уставший от длительного разговора змей.
— Кто же этот бог? — спросил хельд.
— Мировой змей Ёрмун.
Чтоб меня!
Имя только укороченное. Полное имя этого змея — Ёрмунгард. В нашей мифологии об этом змее мало информации, лишь то, что он сын одного из богов в скандинавской мифологии. Интересно, кто же он для этой организации? Об этом спросила, змей мне не ответил, лишь сказал, что ему поклоняются все змеи, в том числе и он.
— И что со мной будет после того, как змей пробудится?
— Это мне не ведомо, — и тут стал заваливаться на бок. Курт его тут же подхватил, а Меф напоследок, перед тем, как потерять сознание, произнёс: — Но благоприятный день для пробуждения близится, созвездие войдёт в силу, и тогда змей откликнется на зов.
— Меф! — но он уже не слышал.
Взвалив его на плечо, Курт пошёл в лазарет, я шла рядом и думала, что же за созвездие позволит пробудиться Ёрмунгарду? И только одно созвездие приходило на ум. Но этот отрезок времени никак не подходит. ТОГДА, кто и какое созвездие? Кроме змееносца, других созвездий со змеями я не знаю. Но, скорее всего, узнаю.
Мефа мы отнесли в его палату и оставили на попечение его зама, который ругался на своего начальника за безрассудность и глупость. Ведь Меф был одной ногой в могиле. Разум его не хотел возвращаться в прежнее состояние, рассудок отторгал всё и всех. Но он смог вернуть себе разум, но для того, чтобы снова подвергнуть опасности своё здоровье и жизнь.
Он ради меня пожертвовал собой, и я не могла думать ни о чём, кроме как о том, когда и зачем я понадоблюсь его бывшим соратникам по оружию. Даже о предстоящей дуэли. А она всего через час. Со всеми этими новостями я забыла и о подготовке на кухне, и о самом, тогда ещё важном для меня, мероприятии — надирании блондинистой задницы.
В комнату я вернулась, слегка сбив дыхание, так как искала на кухне и в кабинете Курта свою двулапую заразу, и она, как неэи странно, нашлась в комнате, точнее у комнаты, меня дожидаясь. Я быстро зашла, положила её на кровать и стала готовиться к предстоящему празднику. То, что мы выбрали с мадам, мне нравилось, и к моей магии, как и к моей сути подходило идеально.
«Ло, — как это всегда бывает, Лиси говорила со мной, и я, как настоящий змееуст, с ней разговаривала, хотя другие слышали лишь шипение, — я тут слышала ваш с Мефисто разговор».
— И?
«Он говорил о созвездии».
— Да, я знаю, но не знаю, какому именно созвездию приурочено благополучное время для пробуждения Мирового Змея, — я не знала, но знала Лиси.
«Змея, так называется созвездие. Оно активно летом, в первый месяц, начало тёплого времени, первые семь дней. В эти дни лучше всего видно это созвездие. По легенде, которую мне рассказывала мама, именно в эти дни можно просить у звёзд благодати. Таким, как мы, оно ответит».
— Значит, в первый месяц лета… — рассуждала я, поглаживая бестию по макушке.
В приподнятом настроении я собиралась. А именно, надела облегающие чёрные брюки, затянула тугую шнуровку на красном топе, алый плащ с длинными рукавами и кожаные перчатки без пальцев, ногти мои окрасились в алый, на ноги надеты чёрные полусапожки, а волосы распущены. Посадив на плечо Лиси, вышла из комнаты.