— Лишь раз спросив её об оружии, которое она использует, получил ответ, что это сюрприз.
Воистину сюрприз. Сначала легендарный и никому не подвластный меч, а потом — алые кинжалы.
Уверен на все сто процентов, тут не обошлось без тёмного эльфа. Он, по словам хельда, испытывал нежные чувства к ней за прошлое и умение владеть оружием, да и просто приятную компанию. К ней почему-то хочешь не хочешь, а тянет, чем-то она цепляет, и не заклятием, как может со стороны подумать не общавшийся с ней человек, а своей харизмой, открытостью и радушием.
— Смотри! — показывая на последний рывок.
Сошлись девушки не на шутку, и когда поняли, что силы каждой из них на исходе, разошлись кулачным спортом. Мишель получила в челюсть, сплюнула кровь и смотрела на противницу, выплёвывающую часть зуба. О чём-то перекинулись парой фраз, и тут я увидел улыбку Лоты. Трибуны смолкли, а я увидел, как с её пальцев сорвался алый сгусток энергии, этим она завершила круг, который строила всё это время. Выбитый Мишель зуб с кровью стал последней опорой для ловушки.
Вот чем она занималась помимо атак и защиты: ловила её в круг силы. От активации заклинания поднялся столб пыли, всех близко сидящих обдало волной вперемешку с песком, раздались крики недовольства, ругани и негодования. Я видел, как от эмоций окружающих ей становится хорошо, они наполняли её энергией, которую она потратила во время боя. Распределив её по каналам, восстановившейся силой она и воспользовалась, завершив заклинание-ловушку. Круг переливался символами и наполнялся энергией.
— Гадина! — истошный вопль, и тело полуэльфийки падает на землю.
К ним тут же бежит глава совета магов, при параде, в расшитой золотом мантии, в руках его посох верховного. Он собирается взять под стражу Шарлоту, но этого ему сделать не удастся. Девушке на помощь, призвав крылья, прилетел Курт. Видя спасение в его лице, она начала заваливаться на бок. Но он тут же подхватил её, взял на руки. И пока не провалилась в сон, Шарлота рассказала причину, по которой так с Мишель поступила:
— Она была под контролем, — сказала Шарлота отцу полудруидки, — этот круг, — показала она на остатки магического плетения, — связал разум и её, и того, кто к ней подсоединился. Заметив это, я начала строить ловушку, и вот, — показала и, понимая, что сил осталось мало, потеряла сознание.
Курт, окутав её своей мантией, понёс в комнату. А я и лорд де’Бланж, с дочерью на руках, направились в кабинет хельда. Сам Курт пришёл через пять минут. Привязав Мишель и того, кто с ней соседствует в ментальном плане, к стулу, какое-то время не обращали внимания, были заняты спорами касательно боя и всего того, что тут творится. Летели обвинения и упрёки в хельда, что он не может обеспечить безопасность, но Курт лишь парой слов усмирил главу совета магов, попросив не кричать, а подумать, что делать и кто вообще способен на подобное.
— Д’хари, они маги разума, вот с них и спрос, — уже спокойно, но грубо ответил маг, — эти твари играют с разумом людей и нелюдей, вот с них и спрос.
— Возможно, — сказала вошедшая и сонная Шарлота, — но того, кто мог бы это сделать, мы видели, и он не причастен. Был там, откуда магия разума не достанет до академии, — ей был не рад лорд де’Бланж, одарил презрительным взглядом, хмыкнул и даже стул не подал. Лота так и стояла около стола Курта. Но она и не расстроилась.
— С чего вы решили, что этому д’хари можно верить?
— Меня не обманешь, — произнёс Курт, и лорд де’Бланж замолк, так как в присутствии хельда и правда врать бесполезно. Ты открытая книга, и если уличит во лжи, не сносить лжецу головы.