— Я подумаю, Зайх, — и доев крылья, выпив морс, она ушла из «Пикантной леди». Путь ее лежал в трактир, к Фею, к нему у нее будет серьезный разговор. Теплилась надежда, что фейри ей поможет и сделает так, что хельд будет предупрежден, не расстанется с жизнью.
Входя в родной трактир, она накинула привычную ей личину — длинные светлые волосы в мелкие колечки-кудри, небесно-голубые глаза в обрамлении пушистых ресниц, тонкие брови и маленький аккуратный подбородок и кнопочой носик. На ней длинная темно-зеленая юбка в пол с разрезами по бокам до колен, черная рубашка с воротником стойкой и короткий жилет из того же материала, что и юбка. А на ногах — лодочки из черного бархата. В ухе блестит серебряное колечко, а на запястье переливает серебром браслет.
Шарлота застала Фэя на месте, а увидев рядом с ним знакомую фигуру портнихи и модельера, просияла улыбкой. Давно она не заглядывала к ней, как и сама девушка давно не приобретала наряды у лучшей портнихи города.
— Фэй, прими заказ, — а подсев к женщине, улыбнувшись, сказала: — Выбирайте что хотите, я приготовлю, — фейри хотел напомнить девушке, что сегодня у нее выходной, но она его обрадовала и сказала, что помнит, но ей приятно будет самой накормить редкого гостя. Фейри не спорил и сказал, чтобы они сами договаривались. А девушка тем временем, накинув фартук, попросила сменщика об услуге:
— Ал, мне надо сготовить для нее, — повар смотрел на девушку, и брови его сошлись у переносицы, — Алодар, я отвечу тебе услугой, если ты позволишь мне сделать приятное женщине, которая одевает меня в свои эксклюзивные вещи и просит за это половину цены. Ее внимание ко мне, сам понимаешь, — намекает на истинную суть, — очень важно.
— Ладно, — отошел от плиты мужчина, — но с тебя услуга, сама сказала!
— Я помню, — и заделав длинные волосы в высокий пучок, надев перчатки и включив плиту, ждала заказ. И он не заставил себя ждать. Вошел Фэй и произнес:
— Тиамо, суп-пюре, отбивная.
— Принято, — и поехало дело.
Отдельно варилось филе, грибы; Тушилось в духовке хорошо отбитое мясо с толикой соли, укрытое тонкими ломтиками томатов и тертым сыром; нарезались кубиками томаты, лук, сыр для салата; обжаривались овощи для супа-пюре, и томился соус. За полчаса девушка сделала заказ и сама вынесла женщине ее ужин, попутно снимая фартук и перчатки.
— Прошу, — поставив перед гостей еду и освободив поднос, произнесла девушка, — приятного аппетита, — пожелала она, а сама пошла к фейри.
Когда посмотрела на мужчин рядом, чуть не рухнула на месте. Напротив Фэя сидели двое, одним из них был темный эльф. Он был частым гостем, в отличие от второго сидящего — хельда, того самого ректора академии, которого собираются устроить в одном из гробов в семейный склеп.
— Ло, — позвал ее фейри, — познакомься, — и представил: — Хайдер Лиориан — профессор академии, преподает боевые искусства и магическую подготовку, — он поклонился, девушка тоже, — а это ректор нашей академии — Курт Вагнер, — девушка не могла поднять глаз, но пересилив себя, посмотрела и утонула в омуте синих глаз, которые смотрели на нее с той же заинтересованностью.
— Леди, — произнес эльф, — а давно вы работаете в этом заведении?
— Пять лет, — и коснувшись рукой плеча фейри, тихо сказала: — я подойду позже, надо поговорить, — фейри хотел спросить о чем, но девушка настояла, что вечером и без чужого внимания со стороны. Фэй не отказал и лишь спросил:
— О прошлом?
— Да, привет из прошлого настиг, — Фэй напрягся, но решил узнать у девушки в подробностях, а не урывками. Она была за это ему благодарна и сказала, что перед закрытием придет и все ему в деталях расскажет.
На уходящую девичью фигуру смотрели четыре пары глаз. Фейри, эльф, хельд и сытая женщина, которая, поблагодарил и расплатившись, ушла. А оставшиеся за длинным столом хельд и эльф, рассматривали меню и диву давались, кто такой мастер, нарисовавший готовые блюда, чтобы посетитель видел, что ему принесут, а не предъявлял по факту.