— Так что теперь? — поинтересовался хельд дальнейшими действиями, я пожала плечами, мол, не знаю.
Тут подал голос орк:
— Вы всё равно не выберетесь отсюда. Этот алтарь станет вашим надгробным камнем, — мы с Куртом переглянулись, синхронно вздохнули и попросили эльфа не вмешиваться.
С папочкой и мамочкой у меня личные счёты, а у Курта к орку пара претензий. А долг, как говорится, платежом красен. Эльф по нашей просьбе не лез, а смиренно ждал в стороне. Сидел на краю пантеона и причитал, на кой ляд он с нами связался. Нам бы только буянить и разрушать.
— С мамочкой и папочкой я сама разберусь, — Курт, притянув меня к себе, вдохнув запах моих волос, пустил стаю мурашек по коже своим дыханием.
— Буянь, а я этого по стенке размажу, — разминая кулаки и настраиваясь на мордобой, произнёс хельд. Я призвала силу. Мне нравилось ощущать её, как она растекается по телу, наполняя каждую клеточку энергией. От этого хотелось «радовать» окружающих, пусть им от этого и не будет так радостно, как мне.
— Давно я на полную катушку не выкладывалась, — а мне предстоит выложиться, так как противники архимаги. Но в моих руках магия крови, а если сорвать её с цепи и пуститься во все тяжкие, то получится Кровавое Безумие.
Сила отозвалась и окутала алым коконом, преобразуя и меняя меня. У Курта две боевые ипостаси, и у меня теперь тоже есть, чем его и окружающих удивить. Только ей я ещё не пользовалась в настоящем бою, лишь на тренировках, и то не в полную силу, без задора. Не было возможности, да и противники попадались не такие уж и страшные, не считая Лиордана.
Но в тот год я ещё не могла держать Безумие в руках, лишь училась. Пока была в академии, под чутким руководством тёмного эльфа, особенно перед дуэлью, овладевала этим умением. На призыв силы и смену ипостаси отреагировали все по-разному: Курт приятно удивился, эльф расстроился, а вот архимаги насторожились. Но на меня смотрели все. А преображалась я в Боевое Безумие впервые. Из-за спины показалось два алых перьевых крыла. Волосы, как и перья, стали красными. Не изменилась лишь одежда: всё то же белое ципао с чёрной окантовкой, широкими рукавами и цветами-застежками.
— Высшая! — произнёс архимаг. — Давно тебе подобных не встречал, — и усмехнулся.
— Как и я! — произнесла мамочка. Но с улыбочкой добавила: — Плевать. Сегодня на одну д’хари, высшая она или нет, станет меньше.
Выпущенная ими сила стала сливаться в один поток, яд и туман трещали в их руках. Видя это и зная силу родителей, с уверенностью могу сказать, что они не мои родители. Мастер иллюзий наложил на них образ четы архимагов Ранс. Даже я до последнего верила в то, что они мои мать и отец. Но, осознав, что была обманут как ребенок, воспылала кровавым безумием. Мне стало плевать, как я выгляжу в глазах Курта и Криона.
Мечи в руках пропали, на это рассмеялся архимаг, назвав меня трусихой. Но в ответ на его смех на моих губах растягивалась улыбка, а в руках закручивалась сфера. Формируя заклинание, я отбивалась от их атак. Отражала их заклятие лишь перьями, которые от взаимодействия с Кровавым Безумием стали метательным оружием. От каждого взмаха перья отлетали и преобразовывались в кинжалы и ножи, острые как бритвы.
— Слияние, — произнёс архимаг.
Их щиты усилились, напор нарастал, как и мои взмахи и количество кинжалов. Слияние яда и тумана пугало, но и моя сфера не уступала. Мой гнев и Безумие, слившиеся воедино, ликовали, готовя противникам полное уничтожение. Когда сфера была готова, а заклинание полностью сплелось со сферой, оставалось лишь её кинуть под ноги противнику. Но чтобы был более действенный эффект, я шла к ним, сокращая расстояние.
Приближаясь, с каждым шагом становясь всё ближе, я получала заряд за зарядом. Больно, даже очень. Но я видела цель, поэтому шла. Наплевав на рваную рану на руке, раскуроченный бок и потоки вихря, продолжающего расти и набирать мощь. Подойдя вплотную, остановилась, посмотрела в глаза каждому из них и сказала:
— Это вам, — и отпустила сферу.
Моя сила мне ничего не сделает. А вот им станет больно, очень больно, но быстро всё пройдёт. Ведь если не чувствуешь боли, значит, ты мёртв. Именно это архимагам и грозит.
Сфера, столкнувшись с каменным полом, обрушила свою энергию на противников. Закружила с такой силой, что подхваченные алыми потоками магической энергии и крови, архимаги разрывались на части. С каждым новым кругом оторванных частей их тел становилось всё больше, мелькали осколки костей, мышц и виднелись глаза, уши, зубы, языки и губы то там, то тут.