- Ты кажешься все более интересным человеком, - хмыкнула я.
- Стараюсь, - Максим припарковал машину во дворе. - А теперь пойдем по квартирам. Я действительно устал.
- Еще бы - ты спал всего пять часов и сказал, что это еще много. Так жить нельзя, - я укоризненно посмотрела на своего нового знакомого. - Может, тебе снотворного выпить?
- Все в норме. Отдыхать некогда, нужно учить сценарий и еще порепетировать. И есть несколько мест в песне, которые мне не понравились, нужно подправить немного.
- Трудоголик, что ли?
- Скорее счастливец. Я занимаюсь тем, что мне нравится. Хотя да, иногда меня заносит, - Максим открыл передо мной дверь подъезда. Еще несколько дней общения с этим парнем и можно будет привыкнуть к такому обращению... Ужас!
- Судя по всему, это частенько случается... Максим, ты знаешь, что иногда нужно отдыхать, например?
- Именно этим я и планирую сейчас заняться. Если не хочешь проконтролировать, лег ли я в постельку, есть смысл попрощаться здесь, - хмыкнул Макс, когда мы подошли к дверям его квартиры.
- Еще увидимся? - уточнила я, стараясь сделать тон максимально безразличным. Показывать свой интерес не хотелось.
- Сложно будет не видеться, если учесть, что мы живем в одном доме. И ты обещала показать свою мастерскую. Я могу зайти завтра? Когда тебе удобно? - Максим облокотился спиной о дверь и наблюдал за мной.
- У меня такой беспорядок, - беспомощно развела руками я, не зная, как теперь не пустить его в мой бедлам, обещала же уже. - Давай, лучше, денька через два?
- Боюсь, что завтра последний день, когда я могу хоть приблизительно что-то планировать, дальше мне будет совсем некогда. Не волнуйся, я лояльно отношусь к беспорядку, а учитывая специфику твоей работы, беспорядок - единственный возможный образ жизни, - улыбнулся парень.
- Ну хорошо, но я предупредила. Зайдешь вечером или утром, или когда у вас репетиция? Кстати, можно я еще когда-нибудь приду? Мне очень понравилась музыка, - я снова крутила в пальцах кончик косички и смущенно смотрела на Максима.
- Репетиция завтра у меня. Если хочешь, приходи. Только я тоже должен предупредить, завтра мы и дольше можем проработать. Так что, когда устанешь, просто вставай и тихонько уходи, мы не обидимся. И, если не передумаешь, жду тебя в десять утра, хотя нет, скорее даже в одиннадцать, Стив все равно опоздает. Но можешь прийти и пораньше, посидим, кофе попьем, у меня редко бывает компания.
- Хорошо, я приду. И не думаю, что мне надоест вас слушать, парни. Я была серьезной, когда говорила, что стану вашей фанаткой.
- А мы тоже не шутили, когда предлагали стать вместо этого нашим другом. Марго, фанаты - это толпа... Ты этого хочешь? Быть частью вопящей массы, готовой порвать нас на сувениры?
- Разумеется, нет. Но с чего-то же надо начинать, - пожала плечами я.
- Вот я тебе и предлагаю пропустить этот этап отношений. Не могли мы все ошибиться и только вообразить, что ты интересный человек, с которым нам захочется продолжить общение. Мы все не от мира сего и странные, каждый по-своему, но людей видим вполне неплохо. Так что предложение дружбы было быстрым, но вполне взвешенным, - Макс улыбнулся, а потом схватился за ручку двери.
- Я с радостью приму это предложение. И с чуть меньшей радостью отпущу тебя отдыхать. До завтра, - я поняла, что пора прощаться. Расставаться не очень-то хотелось, но и смотреть в карие усталые глаза было трудно.
Максим
В квартиру я практически свалился. Стоило открыть дверь, как силы покинули. Я с трудом добрался до скамейки в коридоре, больно врезавшись в стену плечом. Сидеть на полу совсем уж не хотелось. Сейчас бы глотнуть этого мерзкого пойла - Кока-колы, тогда думать станет попроще. Сладкая газировка повышала уровень сахара в крови и давала небольшую свободу маневра. Одна беда - я ненавижу Колу даже больше головокружения.
Не обращая внимания на то, что мир крутится и прыгает перед глазами, я поднялся на ноги и, шатаясь, поплелся к спальне. Меня мутило, а глаза уже начинали побаливать от этого беспрестанного движения всего вокруг. Если так подумать, мой мир никогда не замирает. Приходится всегда быть настороже. Например, когда я останавливаюсь на светофоре, всегда ставлю машину на ручник. Мне кажется, что она катится, хотя я и давлю на тормоз. Во всем виноваты головокружения! Мир движется, когда движется, и когда стоит, - тоже движется. Ни секунды покоя!
В постель я залез, скинув только тапки. Но в горизонтальном положении круговерть еще ускорилась. Вот так всегда - стоит немного расслабиться, и тело начинает разваливаться. Во время работы мне обычно удается себя контролировать, а сейчас... Я дома, где можно позволить себе слабость. Проблема лишь в том, что эта слабость может меня прикончить. В такие моменты лучше даже не моргать, ведь в темноте закрытых век, я полностью теряю связь с пространством и остаюсь в вертящейся черноте.
Иногда в такие поганые дни я звоню Димирию, но это всегда казалось мне бесчеловечным, - гонять друга через полгорода, чтобы он принес мне горькую шоколадку и заварил крепкого сладкого чаю с лимоном - все, что я терпеть не могу. Я живу в мире, где лекарство - еда, но именно та, которую я на дух не выношу. Как же меня злит, что в свои двадцать с небольшим, я уже слаб и неизлечим. Если от повышенного давления есть куча таблеток, - от пониженного, только чай с сахаром и черный шоколад, которые не очень-то помогают... Нет, ходит легенда, что есть и таблетки, но мне они не помогают совершенно. И я страшусь того, что будет дальше. Как я смогу существовать, если самочувствие еще ухудшится? Что, если приступы головокружения усилятся и станут еще более частыми?
Я сидел в центре большой двуспальной кровати и слегка раскачивался взад-вперед, стараясь попасть в такт головокружения. Выходило плохо. У этой мельтешащей реальности нет мелодии, или я просто не слышу ее. Я схватился руками за голову, сжал пальцами виски: от холода картинка стала чуть четче, словно я сумел подморозить происходящее. Но как только пальцы согрелись, все вернулось на свои места.
Из вертящегося ада меня вырвал звонок в дверь. Вообще-то, я не открываю кому попало, то есть, я даже к глазку не подхожу, если никого не ждал, но сейчас мне нужно было отвлечься хоть на что-то. Поэтому, собрав все силы, я поднялся с постели и побрел в коридор, натыкаясь на стены.
На пороге стояла Марго. Ее я меньше всего сейчас ожидал увидеть и даже не смог понять, рад этому визиту или нет. Она увидит меня очень уязвимым, таким меня даже не все члены группы видели. А эта почти незнакомая девушка...
- Не знаю почему, но я заволновалась, ты был каким-то очень бледным, - смутилась Маргарита. - Я понимаю, что слишком наглая, чтобы вот так заявляться после одного дня знакомства...
Закончить она не успела, я все-таки съехал на пол, когда картинка перед глазами окончательно исчезла. Глаза заволокла черно-белая рябь, похожая на телевизионную, в ушах шумело, сердце колотилось так быстро, что становилось страшно, как бы оно не выпрыгнуло из груди, а голову сдавил ледяной обруч.
- Максим! - сквозь шум до меня донесся испуганный выкрик. - Что мне делать? - она помогла подняться. Картинка постепенно восстановилась, а вместе с ней пришла и дикая головная боль.
- Отведи меня на кухню и сделай крепкий черный чай с сахаром и лимоном, пожалуйста. А еще где-то должен быть шоколад, - я щурил глаза, стараясь сконцентрироваться. Я сейчас будто в невесомости пребывал: не за что было уцепиться. Кошмарное ощущение!
- Хорошо, - пробормотала Марго и подставила мне плечо.
На кухне я сел на диванчик, откинулся назад и стал слушать, как Маргарита шуршит в шкафчиках, отыскивая все нужное.
Вопросов девушка не задавала, занятая своими делами. Я пытался окончательно вернуть себе четкость видения, но тщетно - полка, на которую я смотрел, продолжала медленно двигаться.