- Я...я... - Мои слабые попытки вывернуться потерпели фиаско. Мужчина пристально всматривался в мое лицо и думал о чем-то своем, все еще удерживая меня. Девичий хохот привел его в чувство, и он выпустил меня из захвата.
- Нам нужно кое-что обсудить по поводу твоих родителей. Машина ждет тебя у входа. Даю десять минут. - Он отступил и ушел, не оборачиваясь. Толпа девушек проводили его сальными взглядами, а я оторопело смотрела ему в след. Кто он на самом деле? И что это значит?
Глава 4
Неприятное чувство усиливалось, стягивая меня ядовитыми шипами, в течение оставшегося вечера. Я проигнорировала слова странного мужчины, углубляясь в собственные невеселые мысли.
Меня поздравили несколько людей, дали свои координаты и предложили хорошую практику. Координатор конференции спросил номер моей карты и деньги перевели туда, поскольку сообщение, пришедшее на телефон, услужливо оповестило меня об этом.
Что мне стало менее понятно, так это пополнение суммы на счете не на двадцать тысяч, а на все четыреста. Откуда такие деньги? Я тупо пялилась в приложение банка, и силилась понять - как? Вычислить не удалось, и я сочла перевод какой-то ошибкой. Нужно будет обратиться в банк и поговорить с менеджером, чтобы не вляпаться потом по уши за чужой перевод, или чью-то ошибку.
После смерти родителей, мне выдали кучу бумаг на квартиру четыре месяца назад, завещания и еще счет в банке, который становился доступен нам, согласно завещанию, как только я закончу вуз. Сумма была не маленькая, да и банк был иностранный. Я удивлялась, какой работодатель будет платить такие деньжищи за услуги адвоката и банкира?
Я ничего в этом не понимала. Родители всегда скрытничали и не разговаривали на тему работы, дома. У них всегда было правило - работа остается за порогом! Да и нам было все равно на принцип работы родителей - главное живы, здоровы и любят нас. Мы никогда не нуждались в чем-либо. Телефоны последних моделей, планшеты, макбуки, путешествия за границу... Все это казалось таким далеким сейчас для девушки, которая научилась считать деньги и ограничивать себя во всем, содержа сестренку.
Друзья родителей тоже пропадали, один за другим. Только случайно столкнувшись, они фальшиво сочувствовали и делали вид, будто мы и впрямь заботим их. Я привыкла не просить у кого-либо помощи, а грести самостоятельно. Только вот, временами хотелось крикнуть от души "да помогите уже, хоть кто-нибудь! Неужели вы не видите, как нам тяжело? Как я зашиваюсь в одиночку, падая, словно загнанная лошадь?!"
Нет, всем наплевать! Когда кто-то спрашивает, как у нас дела - на самом деле, их ответ не интересует. Думаю, они просто спрашивают так, просто так, для галочки. Показуха и только. Тоже мне, светская жизнь! Зачем она нужна - эта фальш? Неужели, настоящие люди уже перевелись в этом мире? Неужели, человеческая доброта сгинула, стерлась, оставаясь в прошлых веках на ветхих страницах истории? Почему?
Интересно, сколько мы так будем выживать? Не то, чтобы меня вообще интересовало странное пополнение суммы... да кого я обманываю? Деньги были бы сейчас кстати. Хотелось бы верить, что "счастливчик" отправивший эти деньги, не найдется, и хоть несколько месяцев, но я смогу перестать бегать по подработкам, чтобы свести концы с концами. Эх, глупые мечты, Алиса! Возможно, кто-то сейчас умирает, а деньги могли быть посланы кому-то на лечение или еще что-нибудь, да просто ошиблись цифрами в номере счета! Нет, я не такая - я не присвою чужого! Отец всегда говорил - цени свое, и не бери чужого! Он учил нас быть честными и справедливыми. Такой и буду. Я хочу, чтобы они нами гордились, пусть и с того света. Я верю в то, что они наблюдают за нами и охраняют нас.
Что касается странного счета родителей, думаю - вполне могу отложить на Леськино образование и нашу безбедную жизнь в будущем. Хотя, может мне вообще привиделись какие-то там средства, в состоянии аффекта. Нужно будет снова переговорить с папиным другом, и еще раз ознакомиться со всеми подписанными бумагами. Попробую хоть вникнуть, что я подписала вслепую.
Вечер прошел отлично, я бы сказала очень продуктивно для меня и нашего с Лесей будущего. Павел больше не приставал с просьбами о гулянках, а косился на меня, я бы сказала виноватым взглядом. Порой, подглядывая за ним украдкой, я чувствовала уколы вины - он и впрямь не пытался затащить меня в койку, а наоборот, защищал и берег, словно зеница око. До сегодняшнего вечера, я думала, он хранил и оберегал меня для себя.