Едва мы ступили в номер, как он накинулся на меня. Разум крепко спал, а тело жило своей жизнью. Сдергивая с меня платье, он избавлялся от одежды сам, не прерывая поцелуй, словно боялся, что пелена с моих глаз спадет, и момент будет упущен. Зря переживал. Я была пьяна и находилась все еще под воздействием эмоций, полученных в танце. Короткий душ и мы вновь у постели. Он надавил на плечи. Мое лицо оказалось напротив его восставшей плоти.
- Возьми его. - Я подчинилась. Мы не делали этого прежде. Но и сопротивляться сил не было. Появилось какое-то больное удовлетворение, глядя, как он подчиняется мне и приклоняется. Я втянула его в себя, слыша мужской стон. Алекс ухватился за волосы и направлял так, как хотел. Внизу живота разлилось тепло, и я делала то, от чего наверняка завтра съем себя с потрохами. Он был на грани. Отстраняясь, Алекс резко подхватил меня и кинул на постель, широко раздвигая мои ноги. Склоняясь, я почувствовала горячее дыхание между ног, а с первым движением выстрелившего языка, меня выгнуло словно на электрическом стуле. Он творил что-то неописуемое с моим телом. Я выгибалась под его прикосновениями так, словно наши тела были подобны магниту, которые тянулись за полем притяжения. Пружинка вновь распрямилась и я с победным криком обмякла на постели. Он навис сверху жестко целуя. Я чувствовала вкус собственной плоти, но он оказался едва ли не афродизиаком. Хватая меня за руки, он перевернул меня и сжимая их на пояснице, вошел одним толчком, заставив меня вскрикнуть. Натягивая мои руки подобно наручникам, он продолжал неистово вколачиваться в мое тело, выбивая громкие стоны чистого наслаждения. Такое наказание за плохое поведение в клубе мне понравилось. Он делал вид, что не церемонится, однако боли не причинял. Делал, так как хотел он, словно заведомо знал, насколько острыми ощущения будут для меня.
- Двигайся, сладенькая. - Шепнув у уха, он оставил поцелуй на шее и я задвигалась. Двигалась на нем, под ним, цеплялась за любую поверхность от его жестких толчков, сходила с ума от желания, словно меня виагрой накачали, и не могла остановиться. Было плевать на то, что он меня едва в коробочку не сложил, продолжая жестко таранить меня, перекидывать ноги, как ему хотелось. Вертел, как хотел, выколачивая из меня крики наслаждения. Жестко, властно, наказывая за непокорность.
- Оближи его. - Он провел пальцем по губам, и я покорно втянула его, посасывая. Толчки ужесточились. Он был словно везде. Перед глазами был звездопад, под кожей, словно угли раскаленные, во рту засуха, но я не хотела терять и мига наслаждения. С кульминационным стоном, он накрыл меня своим телом, тяжело дыша. Меня потряхивало от сильных эмоций нашего соития. Отдышавшись, он лег рядом, притягивая меня к себе.
- Отдыхай. - Поцеловав в висок, он не дал возможности ополоснуться. Так мы и уснули.
Неизвестно сколько времени прошло, но проснулась я от его ласк. Сонный организм еще не вспомнил об инстинктах самосохранения, а он не медлил. Зашел с тыла, пробивая брешь в самозащите. Играя с клитором с нажимом, он медленными глубокими толчками породил слабые хриплые стоны. Мои стоны. Соитие было недолгим, но очень чувственным. Приходя в себя по завершении, я вспомнила все пережитое накануне и морально содрогнулась. Я напилась, вела себя вульгарно, назвала себя шлюхой, и он повел себя соответствующе. Вспоминая все, что я выкрикивала ночью, и как молила его не останавливаться, заставило меня буквально съесть себя.
Как такое возможно? Куда делась та ненависть, что испытывала к нему? Ни один мужчина не поверит женщине в ее слова о ненависти, если она сама умоляет его не останавливаться, двигаться быстрее и сильнее. Замерев, я лежала, глядя перед собой.
- Доброе утро, сладенькая. - Я не ответила. Его прикосновения должны были быть противны мне, но как я не старалась разбудить в себе это чувство - оно не появлялось. Между ног ужасно ныло от такого жесткого секса ночью, но желание не собиралось покидать меня. Что за напасть такая? Он повернул меня к себе, оглядывая.
- Ты прекрасна. Особенно когда спишь. Алиса, я... - Я не дала ему закончить фразу.
- Я в душ. - Соскочив с постели, я укуталась в простынь, и рванула в ванную. В зеркале заметила кучу засосов на своем теле, отметины пальцев. Кажется, от такой скачки даже там были бы синяки, судя по ощущениям, если бы это было возможно. Кожа оставалась чувствительной. Легкий стук в дверь отвлек меня, и воспоминания прошлого отступили.