— Рехнулась? — Я направила дуло прямо на него, каждый свой вдох сосредотачивая только на нажатии курка. — Ты хочешь сказать, что моя гордость, моя семья, всё, на что ты плевал... — последний вдох. — Это всё не повод?
— Ты же даже не сделаешь этого! – выкрикивает он, его голос почти переходит в истерический крик.
— Знаешь, Массимо, – произнесла я с хищным холодным шёпотом, — Ты всегда умел говорить неправильно в самый подходящий момент.
Я нажимаю на спусковой крючок. Бах.
Стреляю прямо в него. Сперва в плечо, для хорошей меры. Резкий хрип вырывается из его горла, а затем он падает, пытаясь остаться на ногах, но это бесполезно.
— Тупая тварь! – рычит он сквозь зубы, кровь уже начала пятнать его рубашку алыми мазками.
Я подошла к нему ближе, игнорируя тишину вокруг — гробовую, аж звенящую. Его друзья, эти ничтожества, не издают ни звука. Кто-то стоит, будто вот-вот сорвётся с места, пытаясь меня обезоружить, но никто не движется. Никто не смеет. Потому что это не их игра. Потому что я тут — хозяйка. И они знают это.
— Это за измену, мой дорогой женишок, — шиплю я практически одними губами, наклоняясь ближе к нему, пока он хрипло дышит, стараясь не кричать от боли.
— Ты... Ты совсем свихнулась, дура! — вырвалось у него.
Я только отвернулась, усмехнувшись невесомо.
— Нет, Массимо, это ты дурак. — Стоя над ним, я позволила моменту зависнуть, прежде чем вдавить каблук в его бедро — не сильно, но достаточно, чтобы рассечь кожу. Его вой заглушил всё остальное. — На этот раз будешь знать, какие границы не стоит переступать.
Массимо не отвечает мне. Ему больше нечего сказать мне. А я оборачиваюсь к уже остолбеневшим зрителям этого фарса. Глаза некоторых из них широко раскрыты от шока, пальцы судорожно сжимают бокалы с их несчастным шампанским или сигары. Никто не пытался остановить меня. Никто.
— Передайте своим друзьям, — объявила я, тщательно удерживая ровность в голосе, — что следующее предательство встретит их не таким прощением.
Не сказав больше ни слова, я киваю Римо, и мы выходим той же дорогой, что и пришли. Каблуки снова отбивают сухие удары по каменному полу. Но на этот раз... Шаги звучат громче.
Глава 3
Маттео
— Ну? — Я поднял глаза на Стефана, сдерживая раздражение, пока он вкладывал документы передо мной, будто пытался выиграть немного времени. — Уговорил её? Она сказала "да"?
Он замер, стиснув руки, словно школьник, которого только что застали на месте преступления. В его лице было что-то подозрительное, и это меня разозлило.
— Ну?! — Повторил я уже громче, отпуская ручку и наклоняясь вперёд.
— Ещё… ещё не говорил с Селеной, — выдавил он наконец, избегая моего взгляда, будто находил что-то невероятно интересное в углу моего идеального кабинета.
На секунду я просто уставился на него. Моё возмущение сначала перевалило за грань логики, но потом вспыхнуло с новой силой, как пожар, который невозможно сдержать. С кулаком, с силой опустившимся на стол, я вскочил. От удара все ручки и папки задрожали, но мне было всё равно.
— Стефано, ты, блять, кажется, плохо понял меня, — произнёс я, сдавливая челюсть так, чтобы не перейти на тон, который я обычно использовал, выдавая приказы низшим. — Я сказал поговорить с ней. Не завтра. Не через неделю. Не когда у тебя появится смелость. Сегодня. И не подведи меня, иначе ты потеряешь все.
Последнее я сказал без даже малейшей тени угрозы, хотя именно она была заложена в каждом моём слове. Я ведь не угрожал. Я предупреждал.
Он торопливо закивал, словно его шея была на шарнирах, пока я смотрел на него сверху вниз. Но прежде чем я успел его выставить за дверь, в кабинете раздался стук.
Единственное, чего мне сейчас не хватало, так это какого-то идиота, который решил потревожить меня. Я перевёл взгляд на дверь, едва сдерживая раздражённый вздох.
— Войдите, — сказал я резко.
Это оказался Ди, мой самый преданный телохранитель и правая рука. Но если он появился в мой кабинет, значит, причина этому была основательно весомой.
— Мы заняты, Ди, — предупредил я, не предоставляя ему шанса до конца зайти в помещение.