Глава 6
Несмотря на дикую усталость, Веренир умылся, поменял грязную одежду на чистую и уже через пару щепок выглядел вполне сносно. Он посмотрел на себя в зеркало и покачал головой.
— Что? — не понял князь.
Веренир подошел к кувшину, налил себе еще половину кубка и осушил одним махом. Снова подошел к зеркалу.
— Так лучше.
Тройтан хмыкнул.
— Действительно. Так блеск глаз отвлекает от темных кругов под ними.
Маг вздохнул, покачал головой и провел перед своим лицом ладонью, прошептав пару слов. А потом снова взглянул на господаря. Брови того поползли вверх.
— А мне так можно? — рассмеялся он. — Не сейчас, я ведь, в отличие от некоторых, спать собираюсь. Но на будущее. Выглядишь так… словно это ты и не ты одновременно. Лицо свежее, выспавшееся. Полезная штука — магия, однако.
— Это простая иллюзия. Не помню, когда я в последний раз высыпался, княже, — улыбнулся Веренир. Ведь даже пока он лежал раненый, ему постоянно приходилось решать какие-то вопросы. — Но я не жалуюсь, — предвосхищая ответную реплику правителя, поднял Веренир ладони.
— Ладно, я, пожалуй, пойду. А ты проводи их. Скажи, что я… А, так и скажи, что уже сплю. Завтрак им пускай организуют утром, но за ним скажешь, что я… очень занят. Пару дней их потомим, пускай волнуются.
— Отличный план, — усмехнулся десница.
— Я тоже так считаю, — сказал князь, выходя из покоев мага, тот почти сразу последовал за ним.
Веренир спустился и вышел во двор. Хотел подышать воздухом, перед тем как встречать делегацию. Подошел к воротам, немного всполошив стражников, находящихся на смене. Встал в тени стены, в его одеянии он совсем сливался с темнотой, которая стелилась по земле и поднималась к небу. Глянул на черноту окна на втором этаже. Ему показалось, что он увидел там силуэт Исхи. Тоже ждет? Высматривает? Или ему только почудилось, что видел ее? Веренир вздохнул.
Сейчас, когда он успокоился, сожалел, что вел себя настолько несдержанно. Если бы только не этот проклятый жрец! Маг сожалел, что тот вообще оказался жив. Может, это и неправильно. Может, Ясногорящий не одобрил бы такие мысли, но Веренир, в конце концов, всего лишь человек. Может, не совсем обычный, но все же он не железный. Не каменный. Он живой и не хочет, чтобы рядом с его женщиной находился… Кто он ей? Веренир знал, что между ними что-то было. Никогда не спрашивал ее о прошлом подробно, но все же знал, что Григ для нее не просто жрец после всего, что произошло в Логе. Может, пора обо всем спросить? Но она ведь наверняка захочет узнать что-то и о его прошлом. А Веренир очень не любил говорить об этом. Лучше не вспоминать.
Домыслить он не успел. Его отвлек шуйца. Он негромко поздоровался с Верениром, маг кивнул. И почти в тот же миг с той стороны ворот кто-то что-то прокричал. Предупрежденные заранее стражи открыли ворота. В них въехали две кареты, окруженные тремя дюжинами воинов.
Лакей слез с козел и открыл дверцу одной из карет. Веренир чуть подался вперед, высматривая королевну. Он должен водить их за нос, заставляя нервничать, но все же делать это крайне учтиво, чтобы княжество никто не мог обвинить в не гостеприимстве.
Сперва из повозки высыпали служанки, десница понял это по их довольно простым и скромным нарядам. Затем вышла компаньонка ее высочества Алин. Эту девушку он хорошо запомнил, когда та приглашала его в покои королевны.
Веренир метнул взгляд на вторую карету. Оттуда выходили люди: советник короля собственной персоной, слуги-мужчины и, вероятно, писарь. Перед тем как снова обратить внимание на первую повозку, он опять глянул на темное окно в покоях Исхи. Вот оно! Движение! Она точно наблюдает за гостями!
Некромант снова глянул на первую повозку. Из темного прохода показалась бледная кисть. Он сразу узнал, кому она принадлежит, в три быстрых шага оказался рядом. Лакей испуганно отпрянул в сторону. Веренир подал руку Нинетте, та приняла ее и ступила на землю княжества.
— С прибытием, ваше высочество, — маг склонил голову в учтивом поклоне.
Глаза королевны на миг расширились больше чем нужно, но она очень быстро взяла себя в руки.
— Здравствуйте, господин княжеский десница.
Все же как бы она ни пыталась скрыть эмоции, юный возраст этому не способствовал. Веренир чувствовал, что ее улыбка вполне искренняя. И ему это нравилось. Не потому что это хорошо для княжества. Не потому что за ними наблюдала Исха. Хотя и это все тоже присутствовало в его мыслях в тот момент. Но и еще просто: нравилось, что именно он стал причиной улыбки этой зеленоглазой красавицы.
Он чуть дольше, чем нужно, остановил взгляд на ее ямочках на щеках, позволив Нинетте это заметить. В свете факелов Веренир видел, что она покрылась нежным румянцем и опустила глаза.
Что-то глубоко мужское играло в нем, когда он находился рядом с этой девушкой. Он сам не мог точно понять. Но когда она была близко, когда смотрела с таким… восхищением, он чувствовал себя почти всемогущим. Очень приятное и не менее коварное ощущение.
Подержав ее руку почти на грани приличия долго, Веренир склонился и коснулся ее губами, а потом отпустил ее и отступил на несколько шагов, дав гостям дорогу. Кивнул Алин, поздоровался с мужчинами. Витабут также подошел выказать почтение королевне.
Время было уже настолько позднее, что еще чуть-чуть — и начнут кричать петухи, однако Веренир обязан был предложить гостям ужин. К его счастью, все единогласно отказались. Вернее, отказалась Нинетта. А так как остальные в этой многочисленной компании оказались ниже по положению, то последовали примеру венценосной особы и пожелали уйти на ночной покой.
***
Пока Витабут занимался расположением королевской охраны, Веренир с каштеляном и слугами расселяли остальных членов делегации.
Нинетта проявила поистине лидерские качества и не удалилась в подготовленные для нее покои, пока не убедилась, что ее земляки заняли свои комнаты.
Веренир отпустил всех, намереваясь сам провести королевну.
Обсудив все бытовые вопросы пребывания здесь иностранных гостей, Веренир и Нинетта шли по пустому коридору, освещенному лишь несколькими масляными светильниками.
— У вас здесь… темно, — прервала молчание юная королевна.
— Это потому что сейчас ночь, ваше высочество, — ухмыльнулся десница.
— Я не об этом, — дочь короля с улыбкой глянула на некроманта. — Просто как-то мало огня…
— Мы используем ровно столько света, сколько нужно. Князь не относится к расточительным людям. И я его поддерживаю.
— Уж не хотите ли сказать, что мой отец — расточителен? — сощурилась Нинетта.
— А вы сами со мной не согласны? — улыбнулся Веренир. Хотел вести себя с ней холодно, но не получалось. Губы сами растягивались в улыбке.
Королевна вздохнула, оправив несуществующие складки на пышном платье. Она все замедляла ход, видимо, оттягивая момент, когда они окажутся у ее двери. Коридор замка все же имел свойство заканчиваться. И гостья не могла не заметить, что они уже подходят к его концу. Или началу. Это смотря с какой стороны посмотреть.
— Пожалуй, согласна. Отец иногда чрезмерно… — она запнулась. — Любит роскошь.
— А вы?
— А… я еще мало что здесь видела, но мне уже нравится.
— Завтра, если позволите, сопровожу вас в сад. При свете дня там очень… — Веренир долго подбирал слово. — Очень уютно. И водятся красивые птицы. К сожалению, я не знаю, как их называют на вашем языке, но уверен, что они вам понравятся.
Нинетта сложила ладони вместе, поднеся их к губам. Жест почти детский. Восторженный. Ясногорящий! Да она же еще почти ребенок и есть. Веренир помнил, что недавно у нее были именины. Шестнадцать зим. И все же это время, когда девица уже готова к замужеству.
— Я очень люблю птиц! — чуть не подпрыгнула королевна. — Особенно певчих. И буду рада, если покажете мне их.