Каждый раз, когда Айг представлял убитых, и получение награды от президента за это, ему становилось тошно. Начинало скручивать все внутри, коченели руки.
«Эти руки их убьют», — отрывая взгляд от досье экологов, капитан поднял к глазам ладони.
Ему стало противно от самого себя. Он злился, что у него отняли право выбора и решили за него. Но продолжал следовать приказу, чтобы доказать, что он достойный сын.
В день вылета на Восточную базу Айга вызвали в кабинет командования. Зайдя, он увидел лысую макушку, выглядывающую из-за экрана.
Аббах Нип сидел за столом авиакомандира, которого в помещении не оказалось.
«Как учуял мою тревогу», — мысленно ухмыльнулся Айг и занял место напротив.
— Что привело тебя сюда? — поинтересовался молодой капитан, опустив приветствие.
— Как ты? Все в порядке? — спросил Аббах, сдвигая касанием руки экран в сторону, чтобы видеть бойца.
— У тебя на столе ежедневные отчеты. Команда прошла тренировки в установленный срок и готова к вылету, — отрапортовал Айг.
Аббах молчал, разглядывая подчиненного.
— Я о тебе спрашиваю, — наконец ответил он.
Разговор был натянутый, каждый из мужчин думал о своем.
— В полном порядке, — твердо произнес Айг, не повзоляя усомниться в себе.
— Отлично, — кивнул командир Нип, убедившись, что мальчишка не сбился с пути.
Через час на взлетную полосу друг за другом вырулили четыре конвертоплана и взмыли в воздух. Бойцам предстояло преодолеть расстояние в три тысячи километров и ночью отправиться на спецоперацию.
Глава 13
***
Старый поезд катился по узкой железной дороге. Как и пятнадцать лет назад, он ехал медленно, а устаревшее оснащение вагона дребезжало.
Киль прильнула к окну, как в детстве, чтобы увидеть открывающуюся из-за гор равнину. С удивлением и некоторой долей удовольствия она отметила, что пейзаж изменился. Вместо безжизненной пустой почвы ей открылась мелкая зеленая поросль. А лес, который еще девочкой она видела вдалеке, казалось, приблизился.
«Или это я стала больше, и он теперь не кажется мне таким далеким?»
Девушка всматривалась в даль, когда поезд резко дернулся несколько раз, прокатился еще немного вперед и остановился у подножия холма. Киль испугалась и замерла. Дорога здесь поднималась вверх по прямой, и открывался хороший обзор. Девушка посмотрела через лобовое стекло кабины: далеко впереди виднелась бетонная плита, служившая платформой, и пункт диспетчерской связи.
Поезд подчинялся командам, заданных в его радионавигационных приборах. Такие системы использовались еще на транспортных средствах второго или третьего поколения.
— Старая развалюха! Списать тебя уже давно пора! — рассердилась Киль и решительно направилась к пульту управления.
Здесь имелись кнопки и рычаги на экстренный случай. Она склонилась и вчиталась в надписи. Ручной режим управления не включался. Поезд не реагировал ни на эту, ни на любую другую кнопку, какую бы Киль ни нажимала.
— Ну давай! Езжай! — ругалась она, нажимая уже все клавиши подряд. — Не хватало еще тут умереть в этой железной коробке! Не для этого я сюда ехала.
Девушка дернула на двери ручку экстренного открытия. Она распахнулась, и Киль спрыгнула на землю.
«И что мне теперь делать? — Она огляделась по сторонам, поднося руку ко лбу на подобие козырька. — У меня же тут только коробок с продпайками не сосчитать».
Киль заглянула снова внутрь вагончика, половину которого занимали контейнеры с провиантом.
«А если он уедет?»
Пока думала, она присела на корточки. Пальцы защекотало от прикосновения к мягкое траве. Та была ярко-зеленой, будто только недавно выросшей. На тонких стебельках висели зародыши маленьких бутонов. Совсем крохотные.
«Это цветы?!» — удивилась Киль, долго вглядываясь и не веря своим глазам.
Поднявшись, она сбросила на землю рюкзак. Ухватившись за поручень, подтянулась и заскочила обратно в вагон. Вскоре рядом с рюкзаком оказался небольшой чемодан с вещами и все контейнеры с сухой провизией, основу которой составляли макароны и галеты, яичный и молочный порошки и соевый текстурат, а также пайки. Они не были тяжелыми, но их было много. И скакать вверх в вагон и вниз на землю пришлось тоже много раз.
Покончив с этим, Киль устало села на коробки и вытерла со лба пот. Руки бессильно повисли, а ноги гудели от неожиданной физической нагрузки.
— Все, теперь можешь проваливать. — Киль с досады ударила бездушную машину по железному боку, но та продолжала стоять.