- Что ты там говорил про столетний виски?..
- Я мигом! - улыбнулся Оливер и поспешил за ним.
- Не торопись... - сказала Марго с отчаянием, будто её приговорили к казни. - Я сперва впаду в истерику. Ненадолго. Буквально... на всю жизнь. А потом переоденусь.
И тихо закрыла дверь.
Когда Марго вышла из ванной в своём «охотничьем» наряде, Оливер уже сидел на кровати - в белых брюках от смокинга, с обнажённым торсом, и именно при виде этого совершенного рельефа она сглотнула слюну - как голодная кошка, увидевшая миску сметаны.
Но тут же отвела взгляд - на прикроватный столик, где два бокала с янтарным виски мерцали в лунном свете.
- Если хочешь перекусить - распоряжусь, чтобы принесли закуски, - сказал он, как настоящий аристократ.
И в этот миг Марго вспомнила: как в юности мечтала увидеть принца в королевском дворце, а теперь - он перед ней… в брюках, но без пиджака, и улыбнулась - чуть грустно, чуть насмешливо.
- Всё хорошо? Или это - истерика? - спросил Оливер, внимательно глядя на её улыбку.
Но она не успела ответить - как в дверь тихо заскребли коготками.
- Луи?! - вспомнила она про своего хомячка. - Хотя нет! Луи уже, наверное, не нарадуется, любуясь собой в зеркало. Все-таки так долго ждал этого момента.
Однако Оливер всё же поднялся и открыл дверь. И остановился, изумлённо уставившись на хомячка.
- Я не понял! - взвизгнул Луи, врываясь в спальню. - Вы что, ещё не переспали?! Долго мне ждать человеческого облика?!
Марго и Оливер переглянулись - в полном непонимании.
- Может, дело в том, что я его заколдовала… и только я могу расколдовать? - задумалась Марго. - Но здесь моя магия не действует…
Оливер взмахнул рукой - и в воздухе вспыхнул серебряный след:
- Можешь колдовать. Свободно.
Марго взглянула на хомячка с легкой грустью. Она привыкла жить с ним рядом все эти годы. Он был ее единственным близким существом.
Решившись, она щёлкнула пальцами.
Ничего.
Ещё раз.
Тишина.
Десять попыток. Заклинания. Шёпот. Гнев. Мольба. - Безрезультатно.
- Похоже... - Оливер нахмурился, - из-за того, что одно из условий проклятия так и не было исполнено - сердце любимого человека Марго так и не съела, Луи так и остался хомяком. Иначе она должна выполнить проклятие и убить тебя...
- ЧТО?! - взвыл Луи, подпрыгивая на месте. - Мне теперь всю жизнь хомяком быть?!
- Есть одна лазейка! - осенило Оливера. - Если Марго полюбит другого мужчину, ты перестанешь быть её «возлюбленным» в глазах магии. И проклятие спадёт.
Он взглянул на неё - и в его глазах мелькнул хитрый огонёк:
- Кстати… есть способ и нам с тобой ослабить связь… Одна маленькая лазейка…
- Я в тебя сейчас бокалом запущу! - прошипела Марго. - Говори!
- Если ты родишь от меня ребёнка… наша привязанность перейдёт на него. - Мы останемся связаны - но не навеки. И не так… тесно.
Бокал полетел. Но Оливер - увернулся.
- ТАК! - Луи застучал лапками по полу, как генерал на совещании. - - Ты! - ткнул коготком в Марго. - Срочно влюбляешься в него! - Ты! - обратился к Оливеру. - Запоминай! Она любит фисташковое мороженое, пиццу, рассветы, романтические фильмы со счастливым концом… и мечтает прогуляться в канадских лесах! - Маньячка, но зато красивая! - Ну чего стоим?! В кровать! Делать ребёнка!
Полет подушки был недолгим, но удачным.
Хомяка накрыло с головой.
Марго подняла её, взглянула на Луи, распластавшегося на полу, и улыбнулась с коварством, достойным ведьмы:
- А может… попробуем на вкус сердце одного бесстрашного хомячка?..
Эпилог.
Канадский лес, полгода спустя...
- Оливер! - крикнула Марго, глядя на идущего впереди мужа с рюкзаком на плече. - Меня уже тошнит от этих канадских лесов! Давай вернёмся домой - в замок! А то Луи там устроит свои порядки! Этого пушистого извращенца обожает вся прислуга! А он, конечно, пользуется: без зазрения совести пялится на груди молоденьких девчонок и даже умудряется сидеть на них, пока его целуют и тискают!
Оливер обернулся - и послал ей воздушный поцелуй:
- Милая… я бы тоже не отказался от лицезрения твоей груди… Но сначала надо выбраться из этого леса. Давай ещё немного - и будем в отеле.
- Оливер, я так устала… У меня болят ножки… Я уже ненавижу этого хомяка! Надеюсь, список моих желаний подошёл к концу? И канадские леса - последние в нём?!
Он не ответил - погружённый в карту, шагал молча.
Тогда она вздохнула - и крикнула во весь голос:
- Любимый!!!
Лес вздрогнул. Птицы взмыли в небо.