-А я и не притворялся. Я полюбил вас.
-Вот видишь, и мы полюбили тебя тогда. Поэтому и не тронули. Зачем же ты пришел сюда? Да еще с такой опасной штукой, - Люси пальчиком потрогала нацеленную в нее стрелу. – Осина? Да еще с серебряным наконечником? Ты хорошо подготовился – весьма дорогой подарок.
-Я же люблю тебя, как я мог сэкономить на подарке для тебя? – он уже явно начал уставать. Печальная улыбка мелькнула по его иссохшим губам. Горькая усмешка исказила губы Люси.
Умирать - больно. Умирать - страшно. Но так горько-сладко, когда понимаешь, что большей боли ты уже никогда не испытаешь. И никогда не испытаешь этой сводящей с ума жажды крови.
-Прости нас, - одними губами, беззвучно.
Мерзко как. Грязно. Смерть всегда грязна и неприглядна. Хижину пришлось сжечь. Альберт ушел, прихватив все, что мог унести. А Мария... Мария Моэ справится, она же взрослая.
***
Эмилия очутилась в незнакомом месте. Вот - она была в горящей башне, а вот - в полуразрушенном домике на окраине горной деревушки. Было страшно выйти - она всю свою жизнь провела в поместье. Но местные приняли ее вполне спокойно - достаточно было рассказать правду. Ту ее часть, где ее семью убили, а дом сгорел. Часть украшений она продала, смогла обустроить свой быт. А, в дальнейшем, жила тем, что продавала вышивки: необычные техники, сюжет и композиция привлекали покупателей. Пару раз ее просили попозировать для портретов - она и на этом подзаработала. Время шло, Эмилия росла. Даже появились первые женихи. Вот только она слишком хорошо помнила свою природу и боялась заводить с кем-либо отношения.
-Какая дивная работа!
Незнакомый голос раздался на улице - для удобства, Эмилия выставляла на продажу свои работы прямо на крыльце своего домика - она как раз расчистила там небольшую площадку, устроив что-то вроде небольшой галереи.
-Как необычно...
Явно не местные - дворяне часто приезжали в сии благодатные места, дабы поправить здоровье на местных водах.
-А где мастерица? Я бы купила пару вышивок.
О, а теперь можно показаться. Эмилия накинула большой тканый платок, закрыла им нижнюю часть лица. Еще один платок - скрыл фигуру. А вот теперь можно и показаться.
На пороге стояла небольшая компания из молодых дворян. Эмилия вышла, поклонилась.
-День добрый, что-то заинтересовало молодых господ?
-Да, сколько стоит вот эта работа?
Юная девушка в серебристо-серой амазонке указала на гобелен с романтичной сценой, где Психея склонилась со свечой над спящим Амуром.
-Десять золотых.
Да, ее работы дорогие. Даже слишком, но они не были похожи ни на что другое. Они были слишком уникальны. К ее удивлению, девица, услышав цену, даже не стала торговаться - тут же отсчитала золотые. Эмилия упаковала гобелен и передала его слугам.
На этом бы можно было забыть о странной компании, но на следующий день эта, же девушка снова очутилась на пороге Эмилии и выкупила все ее работы.
А потом она пригласила Эмилию к себе в замок, предоставила ей отдельную башенку, дала материалы, обеспечила едой. И потянулись беззаботные дни, наполненные работой. Простой такой, но как же чудесно - сидишь себе, легко водишь кистями рук. И, вроде как, ничего не делаешь, но почему-то у тебя оказывается в руках нечто прекрасное. Картина там, гобелен или чулочки в аранах и с необычной пяткой... Все, что сделали руки - прекрасно. Эмилия потому и любила вышивать и ткать, что это успокаивало мысли, позволяло выплеснуть все то, что у нее на душе. А еще, ей предоставили возможность посещать библиотеку. Люси все время куталась, пряча свою внешность, так что все думали, что она - старуха. Шли дни, пролетали годы, сменялись поколения. А старуха-ткачиха все жила себе спокойненько и никого в мире волшебства не волновало - а не зажилась ли она на свете белом.
И длилось бы это еще долго, если бы в один яркий солнечный день Эмилия не проснулась от странной тревоги. Будто что-то оборвалось. Исчезло. И солнце так ярко светило, что ажно слепило, обжигало до волдырей нежную кожу.
А потом пришла ночь. Дикая жажда обуяла ее. Жажда крови. Та самая, что от рожденья была только у ее сестры. Не в силах контролировать себя, Эмилия словно стала одержима демоном. Она стала убивать. По одному человеку, постепенно. Но слухи-то плодятся. И вскоре замок опустел.
А она - осталась.
Глава 2 демон
-Эви, милая моя, чего же ты прячешься? - голос Саета звучал, как у кота, объевшегося сметаны. - Выходи, девочка моя, гости уже давно ждут.
-Нет, - девушка в самом дальнем углу комнаты постаралась придать своему голосу твердости, но это не убедило ее собеседника.