Он попытался сделать вдох и ощутил пустоту. Но эта пустота не заставляла задыхаться – просто пришло осознание, что можно не дышать и от этого ничего плохого не будет. Его телу это уже не нужно.
А что нужно?
Он постарался сделать шаг – а под ногами те же серые клубы тумана.
-Где это я?
Но пустота молчала.
Она держала, не давая далеко уйти, словно привязала к этому месту.
Денис постарался сесть на то, на чем стоял, и туман сгустился под ним, приняв форму кресла.
Как интересно.
-Рассейся, очистись, - ни о чем не думая, он приказал хмари.
Кресло под ним осталось, а туман рассеялся, открывая черное небо над головой, усыпанное миллиардами звезд. Под ногами же клубились белоснежные облака, синела гладь воды и расстилалась земля. Словно он оказался на невыносимой высоте, словно вознесся над миром. Если он умер, то где же тогда все остальные люди? Не может же быть такого, чтобы все тихонько шли в загробный мир, а он вдруг отделился от всех?
Или может?
Словно повинуясь его не озвученным желаньям, под рукой оказался небольшой столик с изящной чайной парой костяного фарфора и исходящим паркóм из тонкого носика чайником. На тарелке рядом красовались засахаренные фрукты.
После первого глотка чая он смог чуть расслабиться.
Боли не было.
У него больше ничего не болело, и больше не надо было ни с кого пить Силу или кровь, чтобы продлить свое существование.
Он словно вернулся домой.
Но долго насладиться одиночеством не удалось.
В абсолютной пустоте раздался голос, полный облегчения.
-Вот ты где!
Денис создал для неожиданного гостя еще одно кресло, так же создал чайный столик с угощением.
-Уф, спасибо, - незнакомец, одетый в бурую рясу монаха, подвязанную простой веревкой с явным удовольствием устроил свою костистую личность в предложенном кресле. Тонкие пальцы с пергаментно-желтой кожей подхватили наполненную горячим чаем чашечку, поднесли ее к скрытому сенью капюшона лицу. Не меняясь в лице, Денис с интересом смотрел, как незнакомец залпом пьет кипяток. Ну, не совсем кипяток, но горячий чай надо смаковать, чтобы получить от него максимум удовольствия.
-Прекрасно, - пустая чашечка отправилась на стол, а под небрежно слетевшим на хрупкие плечи капюшоном оказалась вполне себе красивая черепушка, покрытая все той же пергаментно-желтой кожей.
-Я рад, что Вам понравилось, - Серебров улыбнулся. Уж этому-то индивиду явно не надо было представляться.
-Какой тут «Вы»?
Денис удивился. Даже позволил себе приподнять брови.
-«Ты» и только «ты», а то когда мне выкают, я себя таким древним чувствую – не передать.
-Как скажешь.
-Слушай, тут у меня небольшая накладочка вышла. Понимаешь, так получилось, что ты не должен был умирать. Вот совсем никак.
-Как интересно.
-Ерничаешь? А мне что делать? Начальство по репушке настучит, а у меня черепушка хрупкая, беззащитная…
-Парик надень.
-Что? – от неожиданности Смерть застыл, а потом громко рассмеялся. – А это идея. Не подскажешь, где найти парик, способный выдержать соприкосновение с антиматерией?
-На, держи, - Денис уже сам не удивился, когда у него в руке оказался парик. Простой такой, с белокурыми локонами. Но смерть тем не менее принял дар, примерил.
-Специфично.
А как еще оценить внешность худощавой андрогинно-прекрасной блондинки в просторном балахоне грубой ткани? Но весь вид смерти был ухожен, так что и не назовешь ЭТО жертвой. Скорее – артистизмом.
-Ну, так что будешь делать-то?
Все же Смерть не угомонился.
-Я могу вернуться. При условии, что ты ко мне забудешь дорогу. Так же как и к тем, кого я выберу. Хорошо?
-Читер, - прошептал с усмешкой Смерть.
-Ты что-то сказал?
-Нет-нет, тебе это – показалось. Тогда по рукам?
-По рукам.
***
Что отличает человека как носителя разума от остальных живых существ?
Люди могут творить то, что радикально отличается от созданий животных. За счет своей массовости и скученности мы смогли создать инфосферу, которая пронизывает все наши аспекты жизни. Разумность стала появляться с речью, а она – основа передачи информации, одна из самых древних форм коммуникации. Животные тоже могут общаться, но их разговор индивидуален – они передают окружающим информацию о себе. Предупреждая, пугая, завлекая. Они общаются с нами – слыша нашу речь, видя наши движения, они копируют их, стараясь найти общий язык…
Вот только они еще не создали того, чем могут наслаждаться представители одного вида, не пытаясь уничтожить это.
«Я сказал: вы - боги» (Псалом 81:6)
Мы все боги. Мы все можем творить, но хотим ли? Ведь это так сладко – ничего не делать, наслаждаясь плодами трудов других людей.