Но я не ожидал, что наш разговор станет таким бурным. Я хотел её. Прямо там. И если бы она не ушла — взял бы своё. Она так мило выглядит, когда злится. Кудрявая, раскрасневшаяся. А глаза… и эти губы… Я одержим. И дело уже не только в демоне.
Целый день — как на нервах.
Мало того в самый неподходящий момент позвонил Даниил:
— Привет. Спасибо, что вчера не дал мне пить дальше.
— Что с тобой происходит? — спросил я. — Последнее время я тебя не узнаю, Дан. Ты напугал сестру. И поговори уже с ней: объясни, что я не для неё. Мне другая снится, понимаешь?
— Понимаю, — пробубнил он. — Ева?
— Это неважно.
— Для меня важно, — резко выдал он.
— Не понял?
— Что ты не понял? Она мне нравится.
Пауза. На долю секунды стало слишком тихо. И в этот момент — толчок внутри. Эш поднял голову. Его время — ночь, и она близко.
— Слушай внимательно, мешок, недоношенный творением, — сказал он чужим ровным голосом из меня. — Она — моя. Ни ты, ни кто-то ещё для меня не помеха. Понял?
— Это мы ещё посмотрим, — зло бросил Дан и отключился.
Я смотрел на экран. Казалось, дружба треснула. Я всю жизнь уступал, сглаживал. Они привыкли считать меня мягким. Но они не видели того, что в глубине — с этим лучше не встречаться.
Я же говорил: доверие — для дураков. Твои друзья доказали это лучше меня. прошипел он
***
Весь день — только работа. Остался в офисе: с ребятами поднимали всё заново. Отзвонился боссу — он вошёл в положение. Мой старший брат, совладелец фирмы. Так что нам дали время привести всё в порядок — и я занялся этим.
Ближе к семи я видел Еву с Дашей — они спускались вниз и о чём-то говорили. Значит, она уже закончила работу и должна быть дома.
Хочу увидеть её. И если придётся — просижу под дверью, пока не впустит.
Около одиннадцати, устало откинувшись в кресле, взял телефон — написать Еве. Эш дремал. Последнее время график у него сбился — просыпается, когда хочет. Это настораживает.
Разблокировал — сообщение от Алины. Не открыл. Написал Еве:
«Ева, хочу поговорить. Хочу услышать тебя. Если не спишь — ответь».
Минут пять. Десять. Тишина.
Открыл чат Алины. Фотографии. Даниил обнимает и целует Еву. Кабинка в клубе — «Рояль», похоже.
Я вскочил, схватил пиджак. На ходу написал Алине: «Где это?» — ответа нет.
Уже в машине набрал знакомого — он держит «Рояль». Узнал: Дан в VIP-кабинке, с друзьями. С ними — сестра и ещё одна девушка.
Я сжал руль — пластик заскрипел.
— Твою мать… — прошипел я.
Что она там делает? Мстит? Молодец. Гордись. Я кипел. Скоро время демона. Надо успеть, иначе дальше — за себя не отвечаю. Убью. Он перешёл черту. Даниил — труп.
У клуба парковался минут десять — людей полно. Я сидел в машине чуть дольше, чем нужно, — пытаясь успокоить дыхание. Бесполезно. На входе — знакомые охранники, прошёл без вопросов. Грохот, толпа, жар. Я проталкивался к лестнице на второй этаж — там VIP-кабинки.
Отступи. Я поведу, — шепнул Эш из глубины.
На лестнице — Алина. Схватила за рукав, изобразила тревогу:
— Майк, не ходи. Я не знаю, что ты там увидишь… Прошу, не трогай Дана. Она сама на него повисла.
Я выдернул руку и поднялся.
Дальше — как в тумане. Ева сидит у Даниила на коленях, обхватив за шею, целует. На секунду я решил, что вижу не то — память, игра света, чужая спина. Но нет. Это была она.
Видишь? Дай мне, — шепчет Эш.
Я бросился:
— Отошёл! — взвыл, разрывая их.
Внутри всё дрожало. Схватив его за грудки, ударил лбом в нос. Отшвырнул. Повернулся к Еве. Она смотрела на меня — страх и… что-то ещё, может, печаль. Мне было всё равно.
— Какого хрена ты здесь делаешь? — прорычал я. — Это то, чего ты хотела?
Она прикрыла глаза.
— Да, — сказала просто и ясно.
Я застыл. Не верю. Шагнул — и в этот момент меня сбил Даниил. Мы покатились, обмениваясь ударами. Кровь шумела в ушах так громко, что я едва различал голоса — только её взгляд, сквозь меня, холодный.
Отпусти руль, — давит он.
Влетели Алина и охранники — нас разнимали.
— Это из-за тебя, тварь! — кричала она на Еву. — Стерва! Я же предупреждала: смотри, что ты наделала. Исчезни из наших жизней, дрянь.
Ева стояла: пустые глаза, дрожащее подбородок — будто вот-вот расплачется. И вдруг развернулась — к выходу. Я рванулся — за ней. Дан взял в захват. Я почувствовал, как он дрожит — не от страха, а от того, что понимает: в чём-то он прав, и именно это сводит меня с ума.
— Отвали! — рычал я, вырываясь.