— Ну, так рассказывай. Что за место?
Саша закусила губу. Как объяснить то, что не укладывается в слова?
— Он… странный. Там всё слишком… загадочно. Люди, как куклы, слишком красивые. А владелец самый странный из них.
— Он что?
— Просто... Сложно объяснить. Он ведёт себя странно. И барменша. И ещё есть женщина. — она замолчала. — Они будто… не настоящие.
— Стоп. Ты сейчас серьёзно?
— Да.
— Саша, ты меня пугаешь. Ты что там, в секту попала?
— Нет! Нет, конечно. Просто... всё какое-то ненастоящее. Атмосфера. Люди. Как будто я в фильме.
— И ты осталась там? Почему?
Саша прикусила губу. Она не знала, как объяснить. Что её туда влечёт. Что она нашла фотографию матери. Что Лео на ней и что он не изменился за двенадцать лет.
— Сначала я пошла туда из-за того конкурса. Помнишь, где меня обвинили в подделке фото? Я хотела доказать, что ни в чём не виновата, но потом…
— Чёрт, ты сейчас звучишь как героиня мистического сериала. Саша, ты реально себя нормально чувствуешь?
— Да. Просто устала, правда.
— Слушай, если тебе так паршиво, и босс мудак, и всё это тебя пугает, может, просто… уйдёшь? Ну серьёзно. Ты никому ничего не должна. Ни этим типам, ни их клубу. Жизнь не детектив. Хочешь узнать правду сходи к психотерапевту. Прости, если грубо, но я волнуюсь.
— Нет, ты права. Просто...
Она замялась. И поняла, она не может сказать правду. Даже Лене. Потому что правда звучит безумно. Потому что сама не знает, верит ли в неё.
— ...Просто хочу довести начатое до конца, а потом уйду. Обещаю.
— Ладно… Но если ты не выйдешь на связь в ближайшие пару дней, я вломлюсь к тебе домой и притащу с собой глинтвейн, чипсы и священника. На всякий случай.
Саша слабо рассмеялась.
— Спасибо. Я... правда рада, что ты ответила.
— Конечно ответила. Это ты у нас невидимка. Ну что, хоть кто-нибудь там симпатичный?
— Возможно, — Саша отвела взгляд. — Но это не то, о чём можно легко рассказать.
— Окей… — Лена потянула слово. — Ты меня пугаешь всё больше.
— Не бойся. У меня всё хорошо.
— Ладно. Только обещай, что, если что-то будет не так ты мне скажешь. Я приеду хоть ночью.
— Обещаю.
Они проболтали ещё пару часов, о глупостях о сериалах, о том, как Лена снова потеряла зарядку и устроила на своём балконе целый огород с мини помидорами и перцами. Разговор стал тёплым, привычным, почти как раньше. Саша даже поймала себя на том, что смеётся, по-настоящему, не из вежливости. Было легко, как будто та жизнь, прежняя, ненадолго вернулась.
Но когда разговор наконец закончился, и Саша положила трубку, на сердце снова стало пусто. Словно свет выключили. Она посмотрела в тёмный экран, сжимая телефон в руке, и поняла: всё равно она одна. Потому что не сказала самого главного. Даже такой хорошей подруге, как Лена, она не может рассказать всего. Не может объяснить. И если хочет узнать правду, придётся пройти через всё это самой.
Глава 9. Фальшивый ответ
Лилия была тем, кто сразу бросался в глаза, не из-за внешности, а из-за энергии. За стойкой она царила, как на троне: высоко поднятая голова, рука, ловко управляющая шейкером, и громовой уверенный голос, который был слышен даже сквозь гул музыки. Она была весёлой, прямой, без намёка на жеманство. Она смеялась открыто, грубовато, но заразительно, говорила то, что думала, и никогда не делала вид, будто не заметила хамства, наоборот, могла поставить на место любого пьяного клиента одной фразой. Помогал в этом высокий рост, атлетичное телосложение и острое, хищное выражение лица, если кто-то переходил грань.
Саше она сразу понравилась. Это была та женщина, на которую можно положиться в разгар ночной смены. При других обстоятельствах они могли бы стать хорошими подругами.
Но стоило кому-то упомянуть имя Леона или Анастасии, как Лилия будто гасла. Весёлые глаза теряли блеск, голос становился более тихим, а взгляд устремлялся в пол. Ни шуток, ни насмешливых фраз, только молчание и натянутая улыбка. Саша, по своей натуре наблюдательная, сразу это заметила.
На следующий день, дождавшись, когда зал опустеет, она подошла к Лилии за стойкой. Музыка ещё звучала, но глуше, уборщики подметали пол. Лилия протирала стаканы, будто в этом ритуале была какая-то защита от разговора.
Саша встала напротив. Сначала молчала. Потом выдохнула.
— Лилия. Я хочу кое-что у тебя спросить. Это очень важно.
Лилия не подняла глаз.
— Спрашивай.
— Как давно ты знаешь Лео?
Руки барменши замерли. Она медленно поставила бокал на стойку и только потом подняла взгляд. В нём уже не было ни привычной лёгкости, ни смеха.