Глава 2. Призрак матери
Ноги сами несли Сашу без плана, просто дальше, как будто где-то среди этих тёмных улиц её ждали ответы. Она свернула с широкой магистрали в более узкий переулок, потом в ещё один. Бодрый плейлист играл в наушниках, не давая ей испугаться ночной тишины. Всё, что было важно, это найти место где она сделала фото. «Nocturne», или… «Ноктюрн»? Странное, немного претенциозное название. И почему, чёрт возьми, она раньше ни разу о нём не слышала?
Саша сбивалась с маршрута, возвращалась, кружила снова. Ни одного знакомого ориентира, никакой бросающейся в глаза вывески. Только мокрый асфальт, глухие стены и отражения фар автомобилей в лужах. Может, клуб закрыт? Или она всё выдумала?
Она уже собиралась сдаться. Сказать себе, что стоит прийти в другой день. Что она не найдёт вывеску, ведь сегодня понедельник, и клуб наверняка не работает. Но в этот момент, в самом конце пустынной улицы, появилось красноватое свечение. Тёплое, почти живое. Саша замерла. Это было оно.
Подойдя ближе, она увидела знакомую витрину. Всё было почти как в ту ночь: стекло, за которым отражались неон и улица, и она сама слегка искажённая, будто совсем другой человек. Ничего особенного. Она кружила вокруг витрины, пытаясь понять, как так вышло, что на фото не было отражения мужчины. Почему стекло обычное, а снимок нет? Но ответа не было.
Она решила подойти к вывеске, может быть дело в освещении?
Рядом с входом в ночной клуб несмотря на будний день стояла толпа. Люди веселые, шикарно одетые, стояли цепочкой, почти сливаясь с тенями. Кто-то курил, кто-то обнимал подругу, кто-то поправлял помаду в отражении экрана телефона. Очередь тянулась куда-то за поворот. Саша нахмурилась. Почему она раньше не знала об этом месте, если оно так популярно?
Сделав нерешительный шаг по направлению к вывеске, висящей над входом, она столкнулась с настоящей стеной. Охранник возвышался над ней, как скала: бритый череп, массивные плечи, чёрная футболка обтягивает торс так плотно, что каждая линия мышц видна даже в полумраке. Он смотрел куда-то поверх её головы, как будто не замечал.
Саша уже хотела развернуться, но он вдруг, рассмотрев её, без слов, шагнул в сторону, открывая путь внутрь. Кто-то в очереди начал возмущаться, но одного взгляда охранника хватило чтобы заткнуть недовольного.
— Проходи, не стой на месте, — сказал он Саше низким голосом, настолько низким и требовательный, что он вызвал дрожь где-то у неё внутри, как отдалённый раскат грома.
Она замерла. Почувствовала, как к горлу подкатывает что-то похожее на страх. Но ноги снова сделали шаг вперёд. И ещё один. Тяжёлая дверь медленно открылась, впуская её внутрь клуба «Nocturne». Она ещё не знала, что пути назад уже не будет.
***
Тяжёлая дверь клуба закрылась за Сашей с глухим щелчком, будто отсекла её от остального мира. Внутри было жарко, пахло весельем, дымом и чем-то сладковато-душным, как у дорогих духов. Музыка пульсировала сквозь пол, поднималась по ногам, проникала в грудную клетку. Свет то вспыхивал, то гас, словно клуб дышал сам по себе.
Саша не успела толком осмотреться, как её внимание приковало движение за стойкой. Бар напоминал сцену, на которой царила женщина, приковывающая взгляды.
Высокая. Нет, огромная. Больше двух метров ростом, с модельной фигурой, которая будто срисована с обложки глянцевого журнала. На ней был кожаный топ, чёрный, плотно облегающий. Её почти полностью открытое тело покрывали татуировки яркие, витиеватые, словно ожившие на коже. Волосы, цвета воронова крыла, откинуты назад, губы алые как кровь, а руки двигались с такой скоростью и точностью, что бутылки в её пальцах казались живыми. Бутылки то взмывали вверх, то мягко приземлялись в её ладони. Пена, лёд, цветные сиропы, алкоголь, в её руках всё это превращалось в коктейли, один эффектнее другого.
Очередь у стойки была нескончаемой. Люди ждали, заворожённо наблюдая за представлением. Барменша окинула очередь взглядом, и чуть не уронила очередную бутылку, когда увидела Сашу.
На её губах появилась ухмылка, глаза прищурились, будто она увидела старую знакомую.
— Жанна! — воскликнула она так громко, что перекрыла шум музыки и гам толпы. — Где тебя носило? Пропала на месяцы! Ну-ка, марш за работу! Мы не вывозим сегодня, смотри сколько народу.
Саша застыла. Она моргнула, словно пытаясь убедиться, что всё правильно услышала.