Стражники привязали первого заключенного к столу. Король Скелетов широко развел руки, запрокинул голову и завыл на луну. Когда он закончил, его солдаты эхом отозвались на вой. Затем король взмахнул ножом и одним быстрым движением перерезал пленнику горло. Мужчина, который поворачивал вертела, бросился собирать хлынувшую кровь в миску.
Керрик подавил крик, когда боль и бессильная ярость захлестнули его. Его горе усилилось, когда к первому пленнику присоединился второй. Вой повторился, и ещё одна чаша наполнилась кровью.
Король Скелетов взял обе миски и направился к большому костру. Через несколько минут барабанная дробь сменила ритм. Остальные солдаты последовали за Королем Скелетов. Но не повар. Он остался следить за вертелами.
Прежде чем Керрик смог решить, что делать дальше, ветер переменился. От сильного запаха горелой плоти он упал на колени, его затошнило.
Они бы не стали…
Они не могли…
Повар схватил нож для разделки мяса. Без малейшего колебания он разделал жертвы прямо на столе.
Они это делали.
Глава 16
Я уставилась на Ноака, пытаясь собраться с мыслями. Он только что сообщил мне, что я связана с Тохоном, и чтобы разорвать эту связь, Тохон должен умереть. Я бы с удовольствием оказала ему услугу, но Тохон был в безопасности в тылу врага.
— Что случится, если он не умрёт? — спросила я.
— Без Волшебника здесь, другая связь станет сильнее. Он уничтожит твою связь с Волшебником.
Ничего хорошего. На самом деле, это ужасно. Но это объяснило бы, почему у меня не было кошмаров с Тохоном, когда я была с Керриком.
— Он должен умереть, прежде чем связь с Волшебником исчезнет, — сказал Ноак.
— Даже если бы я знала, где он находится…
— Ты знаешь, — Ноак похлопал меня по груди. — Ответ здесь.
Мило.
— Но я не могу добраться до него. Его хорошо защищают.
— В таком случае ты пропала, — Ноак отпустил мою руку.
— Что это значит?
— Как только связь установлена, она становится нерушимой.
В буквальном смысле.
— И что же делает эта связь?
— Ты связана магией. Ты можешь использовать его силу, а он — твою, если вы равны. В неравных условиях более сильный заберёт магию более слабого и использует её полностью для себя.
Ноак изучал выражение моего лица.
— Да. Этот человек сильнее тебя и Волшебника, — он кивнул и ушёл.
Я надеялась согреться, как только дикарь уйдет, но на этот раз холод не ослабевал, пробирая меня до костей. Даже зная, что сегодня ночью мне не удастся уснуть, я легла на свой спальный мешок. Я натянула одеяло до подбородка. Мурашки пробежали у меня по коже, когда я представила самодовольную улыбку Тохона.
Проворочавшись, как мне показалось, несколько часов, я сдернула одеяло и осмотрела пациентов. Только одному потребовалась ещё одна доза обезболивающего. Остальные спали. Я собрала припасы, скатала бинты и была занята до рассвета.
Кристина бросила на меня один взгляд и приказала ложиться спать.
— Но я… — попыталась я.
— Вымотана и никому не будешь нужна, пока не выспишься, — она скрестила руки на груди. — Мне нужно попросить Сержанта Одда проводить тебя до спального места?
Уже готовая сдаться, я остановилась.
— Почему Одд, а не Лорен или Квейн?
— Ты прислушиваешься к нему. В отличие от обезьян. А теперь иди, — указала она.
Исчерпав все аргументы, я поплелась к своему спальному месту. Перед сном я проверила состояние больных чумой. Рядового Яннеса сотрясли судороги. У него была третья стадия, и жить ему оставалось всего два дня. Два самых адских дня в его жизни. Я пережила то, с чем он столкнулся сейчас, и знала, что смерть принесёт ему облегчение. Я приготовила для него обезболивающее и снотворное, надеясь облегчить его последние часы.
После того, как Яннес проглотил лекарство, я посмотрела на снотворный порошок. Если я выпью слабую дозу, это удержит Тохона на расстоянии? Или это помешает мне проснуться и сбежать от Тохона?
И тут мне в голову пришла идея. Ноак сказал, что я знаю, где найти Тохона в своём сердце. Что, если это поможет с другой информацией? Знает ли Тохон, чем занимается Селина? Сказал бы он мне? Есть только один способ узнать. Тьфу.
Недовольная перспективой поощрения Тохона во снах, но не в силах упустить возможность узнать больше, я скользнула под одеяло. После этого я даже не помню, как опустила голову на подушку.
— Итак, теперь ты веришь мне, моя дорогая, — Тохон налил чашку чая и протянул её мне. — Я твержу тебе об этом уже несколько месяцев. Но, похоже, ледяной гигант из диких земель пользуется большим доверием, чем я, — он фыркнул, как будто его оскорбили, а затем уселся напротив. Тохон посмотрел на меня поверх своей дымящейся чашки. В его тёмно-синих глазах появился хищный блеск.