Радуясь, что нас разделил стол, я отхлебнула чая. Солнечный свет отражался от квадратиков цветного стекла, вставленных в прозрачную поверхность стола. Мы сидели в вечном саду Тохона. В прямоугольной стеклянной комнате, построенной на крыше его замка в королевстве Согра, было множество деревьев с густой листвой, пышных кустарников, свисающих лоз и даже бассейнов с водой. Во влажном воздухе витал густой аромат живой зелени, смешанный со сладким ароматом цветов. Если бы не Тохон, это было идеальное место.
Я посмотрела на окружающую нас красоту.
— Всё это погибнет, когда похолодает? — до первого дня зимы оставалось четыре дня.
Он приподнял бровь.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что ты…
— Заперт в стазисе?
— Да.
— У меня все по-другому. Я маг жизни, поэтому, пока моё тело заморожено, мой разум и моя магия остаются активными. Иначе мы бы не разговаривали, — он махнул свободной рукой. — Эти деревья будут расти, пока я жив.
Я задумалась.
— Но разве тебе не нужно быть поблизости?
Он улыбнулся своей сногсшибательной улыбкой, сверкнув белыми зубами.
— Да, моя дорогая. Именно здесь Селина меня бросила. Я не жалуюсь. Это моё любимое место.
И всё же он употребил слово «бросила». Интересно. Тем не менее, он дал мне отличное начало.
— Ты тоже разговариваешь с Селиной во сне?
— Нет. У неё нет магической силы, поэтому я не могу связаться с ней.
А.
— А как насчет Зеппа? Вы с ним общаетесь?
Тохон пил свой чай, но не сводил с меня глаз. Он наморщил лоб, как будто напиток был слишком горьким.
— Нет.
— Почему…
— Не слишком ли много у тебя вопросов сегодня вечером. В следующий раз ты спросишь меня о планах атаки Селины.
— Раз уж ты упомянул об этом…
Он поставил чашку на стол. Она перевернулась на блюдце.
— Всё, что я знаю о её планах, я узнал от тебя. И, судя по твоему полупустому лазарету, она уже довольно давно не вступала в бой с жалкой армией Райна.
— Мы думаем, что она готовит ловушку, как ты сделал с мёртвыми солдатами, — я содрогнулась при воспоминании о кольце захороненных солдат, окружившем армию Эстрид.
— Не без Улани.
Ах, да, Райн убил её.
Гнев Тохона нарастал.
— Он выстрелил в неё дротиком, наполненным токсином Лилии Смерти, который ты ему прислала.
Ох.
— По крайней мере, она умерла сразу, а не мучилась долго, как это делают некоторые.
— Ты имеешь в виду, как моя сестра, — моя очередь огрызаться.
— Я не хотел причинять ей боль, но в тот день ты так разозлила меня.
— Значит, это я виновата в её смерти?
Он посмотрел на меня, насмешливо прищурившись.
— Конечно.
Хотя я согласна с тем, что на мне была часть вины и чувствовала себя виноватой в её смерти, тот факт, что Тохон не смог понять, что его действия также сыграли свою роль в её смерти, просто ещё раз доказал, что ему не хватало элементарного человеческого сострадания и совести.
— Я не жалею о своих действиях. Твоих мёртвых солдат нужно было остановить, — сказала я. — О чём я сожалею, так это о том, что мой меч не задел твоё сердце.
— Мой меч. Ты использовала мой меч, — прорычал Тохон.
Я рассмеялась.
— Ай.
Тохон встал. Я вцепилась в подлокотники кресла. Он не мог причинить мне боль в моём собственном сне. Не так ли?
— На твоём месте, — сказал Тохон, — я бы беспокоился о том, что задумала Селина. Мы часто засиживались допоздна, обсуждая стратегию. Она умна и изворотлива. Как ты думаешь, кому пришла в голову идея захоронить моих мёртвых солдат? — Тохон ухмыльнулся. — Теперь это уже не так смешно. Не так ли?
Я резко проснулась. Сбитая с толку, я уставилась в потолок. Свет факелов мерцал на камне. Неужели я проспала весь день? Трудно сказать, находилась ли я в пещере. Рядовой Яннес застонал от боли. Поднявшись на ноги, я осмотрела его. На его коже появились белые волдыри, а несколько кровоточили в тех местах, где он их поцарапал. Я порылась в рюкзаке и достала перчатки, которые дал мне Белен. На мгновение моё сердце сжалось от грусти, но очередной крик Яннеса побудил меня к действию. Я надела перчатки на руки рядового, затем очистила и смазала мазью волдыри.
Закончив, я подняла глаза и встретилась взглядом с Сержантом Феликсом. Он приподнялся на правом локте. Его ночная рубашка была в пятнах пота.