— Надеюсь, что только хорошее, — ответила я вежливо.
Ещё секунду комендант смотрел непонимающе, а затем усмехнулся.
— Вроде того. Кое-кому ты… понравилась.
Сердце ёкнуло ещё раз.
— Надеюсь, не в качестве обеда?
Комендант неожиданно хохотнул.
— Почти, — сказал он, становясь серьёзным.
Настала моя очередь смотреть непонимающе.
— И этот кое-кто, — сказал он неторопливо, — считает, что от тебя может быть больше пользы не как от шахтёра.
— К сожалению, так здесь считают многие.
— Это точно, — ещё одна усмешка. — Поэтому я думаю, моё предложение может тебя заинтересовать.
Я почувствовала, что разговор предстоит серьёзный.
— Могу я сесть? — спросила осторожно, покосившись на стул.
— Да… Почему нет… — он кивнул в том же направлении.
Отодвигать стул со связанными руками — как и сидеть на нём — оказалось не слишком удобно. Комендант равнодушно следил за моими мучениями, и лишь когда я уселась, продолжил.
— Знаешь, за что тебя схватили? — спросил он.
Я насторожилась.
— По-моему, им мои уши не понравились.
Комендант с усмешкой покачал головой. Достал из кипы бумаг сделанный грифелем портрет эльфийки со зверской ухмылкой на лице. Приглядевшись, я обнаружила некоторое сходство с собой. Новость мне не понравилась. Она заметно усложняла моё бегство, потому что означала, что и на воле меня могут снова схватить.
— Ты убила Робера де Трасси. Сира дома Трасси, — комендант опустил взгляд на портрет, задумчиво покусал губу, а затем снова посмотрел на меня. — По твоей вине погибло около сотни ни в чём неповинных носферату.
Я скривила губы. Последние два слова едва не вызвали истерический хохот.
— По-хорошему, — сказал комендант задумчиво, — тебя нужно казнить. И тебе очень повезло, что ты попала к нам.
— Как насчёт суда? — спросила я на всякий случай.
— Ты уверена, что хочешь суда?
Я задумалась. В самом деле, если я каким-то образом убила этого Робера, то меня, скорее всего, ждёт виселица. А из петли не сбежишь. Другое дело, если я его не убивала. Беда в том, что я понятия не имела, была ли виновна. Я не убийца, но если меня цепляют, долго не церемонюсь. И если этот Робер встретился мне на большой дороге и вёл себя не слишком вежливо…
— Как он выглядел? — спросила я.
— Чёрные волосы… серые глаза. Невысок и сухощав.
Отличное описание. Осталось вспомнить, сколько брюнетов я убивала в последний… хм…
— Когда это было?
— Месяц назад.
… около месяца назад. Я откинулась на спинку стула, стараясь не слишком давить на руки.
— А если не суд? — спросила я. — Завтра ваши ребята не поспеют вовремя. Да и нехорошее это дело — полагаться на них. Что за резон вам меня охранять?
И снова усмешка.
— Я рад, что ты готова к здравому обсуждению.
Я пожала плечами, продолжая внимательно смотреть на коменданта.
— Если не суд… — он тоже внимательно смотрел на меня, будто следил за реакцией, — то мы можем предоставить тебе защиту. Надёжную защиту. В обмен на некоторые услуги.
— Услуги задницей? — я устало прикрыла глаза. — Шлюхи из города ехать не хотят?
— Зачем так грубо? — его губы растянулись в улыбке. — Кое-кто… будет проводить с тобой ночи. Думаю, раз в неделю. Твоё дело выполнять всё, что он скажет. Он будет один, и никто не будет об этом знать. Так что это гораздо лучше, чем стать подстилкой для банды Вепря.
Меня передёрнуло от последней фразы. Я собиралась встать и ответить, но комендант заговорил первым.
— Спокойно, — сказал он неожиданно жёстко. — Выбор за тобой. Один — или все.
Хотелось плюнуть в довольную морду кровососа, но я сдержалась. Объяснять, что значит для меня, эльфийской принцессы, дочери короля Тирвейнена, отдаться другому мужчине, не имело смысла.
— Я испытаю удачу, — сказала я и всё-таки встала.
— Сегодня Вепря высекут, а затем оставят в ящике на день, — сказал он, будто бы невзначай. — Так что можешь подумать… до завтрашнего вечера.
***