«Господин Саурес снова изучает свитки. Пометка: напомнить ему сдать их работникам архива колледжа Святого Лура»
«Господин Саурес почти закончил перевод свитков. Пометка: поместить свитки в ячейку с переводом в архиве колледжа Святого Лура».
«Интересно, где сейчас этот перевод? — задумался Терций. — Да и сами свитки? Их не обнаружили на мёртвом теле. Могли ли его убить из-за этих свитков? Нужны ли они тёмным эльфам? Яззару? Загадка. Однако Молина умолчал, что у церкви с Сауресом был конфликт. Нужно обязательно поговорить с ним об этом».
Вечером пришёл Иззе, измотанный, запыленный. Одежда испачкана в земле, словно он крался огородами.
— Поиски Яззара прекращены, — почти с порога огорошил он Терция. — Его слуг нашли убитыми. Лежали, хорошо схороненные в куче мусора. Так что всплывший труп художника — вопрос времени. — Эльф бухнулся в любезно предоставленное кресло спиной к камину, вальяжно закинул ногу на ногу и фыркнул на старуху: — А что, сегодня меня не будут поить этой кислятиной?
Сильвия крякнула, осенила наглеца знаком защиты от нечисти и уползла восвояси.
— Порядки в квартале ужесточились, — продолжил эльф. — Теперь никто не может покинуть его без разрешения матриарха. Она не хочет новых смертей среди дроу. Зачем только Яззар пошёл в город, когда люди готовы развесить нас на столбах?
— Ясно. — Терций с грустью кивнул. — Мне очень жаль.
— Кстати! — Дроу засунул руку под кафтан и выложил на стол небольшую стопку бумаг. — Урожай из дома Сауреса.
— Что, вам дали его личные бумаги? — Терций кинулся перебирать листы.
— Шутить изволите? — усмехнулся Иззе. — Я просто влез в дом и вынес всё, что смог.
— Что?!
— Меня не пустили бы на порог, — покачал головой дроу. — «Поговорите со слугами». Вы явно не подумали, кому вы дали это поручение.
— Прошу прощения… но вламываться в дом! Это слишком! Такого приказа я вам не давал!
— И очень зря. Вместо вас этот приказ дала госпожа Валасте.
Вот оно что. Докладывает послу о каждом его шаге.
Дроу кивнул на бумаги:
— Я крайне плохо читаю на онтейском, поэтому не знаю, что там, но явно что-то важное, раз хранилось в сейфе.
— Вы ещё и сейф взломали?!
— Он даже не был волшебным, — презрительно скривился Иззе. — Но я испортил одежду, пока пробирался в дом. Надеюсь, мои страдания того стоили?
— Неужели через дымоход?!
— Секрет.
Сейчас помощник казался удивительно живым, без обычного налёта отстранённой вежливости. Видимо, предположение, что Яззар погиб, ударило по нему сильнее, чем предположение, что тот удрал.
— Яззар был вашим другом? — как бы невзначай спросил Терций, просматривая бумаги — в основном векселя.
— В моем окружении никого нельзя называть другом, — печально ответил Иззе. — Из соображений безопасности. — Он коснулся маски и тут же отдернул пальцы, словно та была раскалена. — Просто Яззар не относился ко мне, как к отбросу. Мы ничего с ним не делили. Честно говоря, его мало интересовало продвижение по иерархии. Только искусство и дар.
— Какой у него был дар? — Терций продолжал проглядывать записи — векселя, векселя, векселя…
— Он перемещал свой… квазарн… в… Так’зил Ул’хирр, — Иззе поморщился. — Не знаю, как это по-вашему. Был силен в этом.
Страна Идей. Край Снов. Иная Сторона. Терций знал все имена этого странного места, где обитали пророчества, рождались мысли, начинались сновидения. Двойник Яззара, его духовное «я», покидало тело и бродило по его просторам. Оттуда художник и принес Терцию картину. Он с досадой сжал кулак. Как он был слеп! Ну конечно! Должно быть, дар Яззара очень силен, и он чувствовал других паломников Страны Идей. Художник хотел что-то сказать ему и почему-то не мог сделать это открыто. Он передал Терцию зашифрованное послание, но тот так ничего и не понял.
«Я должен был понять!».
Терций ощутил, что его лицо нестерпимо горит. Нужно срочно сменить тему разговора, иначе его окончательно сожрёт стыд.
— Простите, Иззе, моя служанка стара и вряд ли успеет подготовить для вас комнату. Ничего, если сегодня вы проведете ночь в гостиной?