— Не смертельно.
Веласко тяжело опустился на землю рядом с эльфом, вздохнул с нескрываемым облегчением:
— Я так рад. Вы смогли рассмотреть его?
— Нет. Лицо было скрыто.
Терций посмотрел на оставленный поджигателем кинжал. Несомненно, в стиле дроу, церемониальный.
— Он и правда похож на тёмного эльфа, — сказал Терций, кивнув на кинжал. — В темноте видит, как кошка. Очень ловок. Невысок.
Иззе скривился, отняв ладонь от раны, посмотрел на кровь:
— Слишком уж силён. Не по-эльфийски.
— Да, вы правы. А ещё огонь не слепил его, как это бывает с вашим народом.
— Неужто полуэльф? — задумчиво пробормотал Иззе.
Терций удивлённо на него посмотрел:
— Я слышал… люди и дроу не рождают гибридов. Полуэльфы — почти легендарны.
— Вы правы, что-то я вспомнил старые сказки, — Иззе презрительно сплюнул на землю сгусток крови. — Лет триста о таком не слыхали. Как раз, как одолели светлых. Эти любили смешивать крови.
У светлых эльфов было множество причин ненавидеть тёмных собратьев. За то, что поработили и окутали их земли вечной темнотой, уничтожив привычный им мир. Неужели кто-то из них все ещё сопротивляется?
Терций хорошенько рассмотрел ноквулил. Волнистое лезвие, гарда и рукоять в виде паука с шестью поджатыми лапами.
— Покажите-ка мне, — попросил Иззе.
Терций передал кинжал в руки эльфу. Тот придирчиво осмотрел его со всех сторон, ухмыльнулся:
— Подлинный, да слишком новый. Его изготовили недавно и почти не пользовались. Думаю, это тот, что мы подарили музею. Дроу бы взял любой доступный.
Терций задумчиво кивнул. Кто-то хотел подставить тёмных эльфов, заодно избавившись от Сауреса.
— Помогите встать, — попросил Иззе.
Терций поставил того на ноги и сказал с заметным смущением в голосе:
— Кстати… кхм… спасибо, что спасли мне жизнь. И что вызвали погодного мага, чтобы потушить пожар.
Эльф слабо улыбнулся:
— Мне показалось, что вы сломя голову кинетесь в огонь. А из огня я бы не смог вас вытащить. Это было необходимо для выполнения задания.
Терций улыбнулся, глянув на эльфа сверху вниз. Всклокоченная серебристая шевелюра, паутина шрамов на левой щеке, жуткий провал в глазнице. Застарелые рубцы ожога. Кто выжег ему глаз? По меркам тёмных эльфов, величайшее наказание для дроу это лишение трёх вещей — красоты, возможности размножаться и благословения богини.
— Дальше мне нельзя. — Иззе замер у выхода из подворотни. — Встретимся у вас дома. Скорей всего, Чарна уже ждет вас там. А теперь идите на свет и постарайтесь больше никуда не вляпаться.
Терций вышел из подворотни. Дом прогорел почти до снования, но пожар удалось потушить раньше, чем он сильно испортит соседние дома. Вокруг толпились зеваки и подоспевшая стража. Спасённые из пожара слуги так и сидели возле пепелища, глядя на чёрный скелет здания. Юноша-конюх согнал разбежавшихся лошадей, спасенная из пожара женщина обнимала притихшего мальчика. Рядом, укутавшись в плащ, сидел Амико. Увидев Терция, он попытался встать, но тут же упал.
— Нет, не надо! — Терций сам подбежал к нему. — Ты потратил много сил, и еще столько же потратишь на восстановление от ожогов. Отдыхай. Ты молодец, спас три жизни. — Веласко посмотрел на спасённую женщину. — Надеюсь, ваш новый хозяин сможет позаботиться о вас… эм-м-м…
— Карла… Меня зовут Карла, господин, — вздохнула она. — Но я ничего не знаю о новом хозяине.
Терций нахмурился:
— Галеасо Масиас — наследник господина Сауреса. Это имя что-нибудь говорит вам?
— Да! — вдруг подал голос мальчик. — Он ученик хозяина.
— Но со смерти господина Сауреса никто, кроме церковников, не приходил и не заявлял никаких прав, — продолжила Карла. — Многие слуги ушли. Остались лишь мы, потому что мы верно служим в этом доме не первое поколение. Служили… — вздохнула она. — Господин Масиас вряд ли возьмёт нас к себе — дома больше нет. Разве что лошадей и Хавьера, чтобы за ними присматривать.