— Зачем вам это?
— Сауреса убили не просто так. Он что-то нашёл. Что-то настолько важное, что ради сокрытия этого его предпочли убить. Кто знает, что это. Оружие? Заклинание? Мощный артефакт? Или информация, которую отчаянно не хотят афишировать. Что бы это ни было, иметь это в своих руках – значит иметь влияние. В общем, я помогу вам выпутаться из безвыходной ситуации, а вы поможете Белому Солнцу получить это загадочное нечто. Выбор за вами.
[1] Рустовка - в архитектуре облицовка внешних стен здания или некоторых пространств на них четырёхугольными, правильно сложенными и плотно пригнанными один к другому камнями, передняя сторона которых оставлена неотёсанной или отёсана очень грубо, и только по краям обведена небольшой гладкой полосой.
[2] Пилястры - декоративный элемент в классической архитектуре, который создает вид опорной колонны с прямоугольным сечением.
Глава 9. Магия солнечной крови
Терций смотрел в оранжево-медовые глаза и гадал, сколько же за этой теплотой скрывается лжи. Однажды ему случилось наблюдать за чисткой днища прекрасной каравеллы. Деревянный лебедь на парусных крыльях, блестящие на солнце лак и позолота, и мерзостные гады, облепившие выпуклое брюхо. Бугры живых наростов, отверстия, оставленные корабельными червями. Изнанка прекрасного, о которой стоит вспоминать всякий раз, когда подпадаешь под дурман очарования.
Дульсе с любопытством посмотрела на него, затем спросила:
— Задумались, как поступить, господин Веласко?
— Это серьёзный выбор, — ответил тот. — Слишком серьёзный, чтобы принимать решение под влиянием эмоций или страха. Вы же не рассчитываете на мгновенный ответ?
Снова медовая улыбка.
— Нет, — кивнула эльфийка, — вы слишком разумны для этого. Я дам вам ночь на размышление. Понимаю, вы обескуражены. Работать с Белым Солнцем не входило в ваши планы, но уверяю, мы будем отличными союзниками.
— Благодарю. — Терций вежливо поклонился эльфийке. — Доброй ночи, госпожа Эдретель.
— Доброй ночи, господин Веласко.
Терций вышел на улицы ночной Карамаргосы. В носу стоял запах мёда и апельсинового цвета. Перед глазами сладкая улыбка, красное платье на тонком девичьем теле, блестящий завиток золотого локона. Святая Ноэми. Но если он будет верить этому фарфоровому личику, верить безоговорочно, на слово, то будет еще одним дураком-поклонником у её ног. Если её единственная сила — связи, то она умело убеждает и манипулирует. Нужно соблюдать осторожность.
Слева раздался шорох, а затем тихое:
— Не напрягайтесь. Это Иззе. Как прошло с принцем?
Ну конечно! Терций совсем забыл об эльфе. Иззе выплыл из черноты, по горло закованный в дублет, как в кирасу. Мантилья полностью скрывала лицо. Кружевной призрак.
— Замечательно, — ответил Терций. — Кажется, теперь я вхож во дворец.
Из-за мантильи лицо эльфа превратилось в серое пятно, по которого сложно было определить эмоции, но голос прозвучал нахально:
— Высоко взлетели. Честь уже продана или всё ещё держите оборону?
Веласко улыбнулся:
— Приберег для более выгодной сделки. — Затем он посерьёзнел. — Иззе, вы посоветовали мне бежать из города. Вряд ли это вписывается в планы госпожи Эльвалы. Тогда почему вы так сказали?
— Пытался быть честным. Если любой выбор подразумевает проигрыш, то остается только избегать выбора. Оставить всё на волю случая. Бежать.
— Это заманчиво, — задумчиво протянул Терций, — но неправильно. Судьбу нужно держать в руках, как вожжи.
— Разве судьба — не нить в руках Господа? — подразнил Иззе, кивнул на громаду собора у них за спиной.
Терций обернулся, посмотрел на остроконечную колокольню.
— Ткач вручает нам ту нить, которую мы заслуживаем, — сказал он. — Но иногда очень сложно сделать правильный выбор.
— Если плюсы и минусы разных сторон равнозначны, остаются только личные симпатии.