«Шриэл» был слишком маленьким кораблем, чтобы торговать или сражаться. В Онте аналогов у него не было. Разведчик, гонец, маленькая чёрная чайка над буйными волнами. Его паруса отливали синим грозовым облаком. Корпус из тёмно-серого зарха, грибной древесины Вечной Ночи, переливался металлическим блеском, как надкрылья большого жука. Серебряная паутина рисовала причудливые узоры по бортам. Корабль пах свежей смолой, лаком и пенькой. К сожалению, с комфортом на нём дела обстояли гораздо хуже, чем с ремонтом. Терций уступил единственное место в каюте капитана Чарне. В конце концов, капитан тоже была женщиной. Море и возраст подточили ее красоту, зато закалили, сделали крепкой и твердой, а в общении — грубой до бесцеремонности. Другим важным членом команды был погодный маг, молодой пронырливый мужчина, чем-то напомнивший Иззе, которому зачем-то пришили болтливый язык Амико. К слову, маг и гомункул быстро подружились, поэтому их отселили подальше, чтобы звонкая трескотня не мешала отдыхать всем остальным.
— Ненавижу корабли, — признался Терций, устраиваясь в гамаке. — Они скрипят, раскачиваются и вечно черпают воду. Вы не поверите, сколько молитв я заучил за время морских путешествий.
Иззе усмехнулся, ловко запрыгивая в соседний гамак:
— У вас хотя бы было приличное место на корабле. Своё последнее морское путешествие я провел в трюме, в цепях и колодках. Мне приходилось рычать на спруга, чтобы тот не отнял у меня еду. Вы знаете, с голодухи сырой спруг очень даже ничего.
Терций вспомнил этих мерзких созданий, скривился. Иззе рассмеялся:
— Ладно, каюсь, про спруга я всё выдумал. Видели б вы своё лицо!
— С вами иногда сложно понять, когда вы шутите. Так вы прибыли в Онте уже будучи заключённым? Почему?
— Так решил мой матриарх. Вероятно, чтобы убрать источник позора как можно дальше от Квараны и других матриархов.
— Почему бы просто не казнить? Дроу — не самый сентиментальный народ. Прошу прощения, если это вас обидело.
Иззе рассмеялся:
— Обижает? Меня? Я почти поверил, что вы дроу, но «прошу прощения» всё испортило. Вы правы, казнить было бы проще, но мою жизнь выкупили. Как вашу. Убить меня в этом случае было бы неприемлемо. Дом потерял много крови. Ему нужно было восстановиться. Так я попал в Онте, а матриарх превратила поражение в возможность для роста дома.
В рассказанное сложно поверить. Чтобы какой-то дроу пожертвовал своей жизнью ради жизни другого? Наверняка Иззе что-то не договаривал. Хотелось расспросить поподробней, но разговор сам собой сошёл на нет.
Терций почти не разговаривал и не пересекался с Чарной весь первый день пути. Несколько раз он видел её на палубе, и каждый раз разговор с ней не клеился. Она молча смотрела в кипучую даль и находилась в своих мыслях. Один раз она так злобно нашипела на вертящегося вокруг неё погодного мага, что тот быстренько ретировался к корме.
— Море нервирует вас? — спросил Терций.
— Отнюдь, оно привлекает меня. Всегда привлекало. Просто в плавание не ходят без сменного погодного мага, — задумчиво ответила Чарна. — Из-за спешки пренебрегли безопасностью. Придётся самой сменять этого неумеху.
Терций задумчиво посмотрел на волны. Как он раньше не заметил? Зачем на континенте погодный маг, если ты не живёшь овощеводством? Чарна готовилась стать корабельным погодником, но Эльвала срочно вызвала её в Онте. Залатывала раны дома, как и говорил Иззе?
К вечеру погода испортилась, зарядил дождь, поднялись высокие волны, но маленький «Шриэл» продолжал бесстрашно идти вперед.
— Наши корабли редко тонут, господин наземник, — успокоила леди-капитан за порцией утренней грибной похлебки. — Расслабьтесь или займитесь каким-нибудь делом, но не суйтесь так часто наверх, особенно завтра.
Пришлось подчиниться. Терций, Иззе и Амико устроились рядом, чтобы согреться и успокоиться во время качки. Терций снова вынул лист портового журнала, подчеркнул ногтем название корабля: «Шёлковая стрела». Придется потрудиться, чтобы достать нужную информацию. То, что он решил идти буквально наугад, за призрачным предположением, беспокоило его. Правильно ли он поступил, поставив на догадку?