— Вы в порядке? — спросил кто-то совсем рядом с Терцием.
От неожиданности он схватил подбежавшего всеми тремя руками и крепко стиснул. Кто-то охнул от боли, а потом простонал:
— Веласко… Мать вас изведи… пустите…
«Иззе!»
Терций отшатнулся от эльфа и грохнулся на острые камни. Боль отрезвила. Иззе склонился над ним, потирая ушибы:
— Матерь Ночи… Вы просто ужасно выглядите…
Шорох гальки. Над Терцием склонилась еще одна тень. Это была Чарна. Над её головой кипели небеса, сверкая белыми разрядами молний. Ручные искорки пробегали по её амулетам, не воспламеняя тело и одежду. Сущая магия!
— Вам нужен врач, — сухо констатировала она.
— Это самое сладкое, что я за сегодня услышал, — ответил Веласко и с облегчением прикрыл глаза.
***
Следующие несколько дней Терций безвылазно провел в Астролябии. Он получил несколько серьезных ожогов рук и спины. От них его то знобило, то лихорадило. В липких снах под лекарственными зельями ему снился пожар. Приходил Рильдинтра, держа оторванную голову подмышкой, смеялся в лицо. По телу ползали спруги и причиняли боль острыми когтями на лапках. Но потом в одном из видений Терций увидел госпожу Беларссин. Она склонилась над постелью, хитро улыбнулась ему и шепнула: «Мой дар должен был убить тебя, если ты не сможешь держать язык за зубами. Но он спас. Тьма — это не только зло, мой дорогой олин. Это ночь. Пора снов, покоя и порока. Время таинств». Боль отступила, подарив Терцию долгожданное забытие.
Вскоре Терций открыл глаза. Каково же было его облегчение, когда он увидел рядом с собой Амико, живого и невредимого.
— Я рад, что с тобой всё хорошо, — сказал Терций. — Я боялся, что они убили тебя.
Гомункул виновато улыбнулся:
— Мне жаль, что я не смог вас защитить.
— Никто тебя не винит… А где эльфы?
— Они который день дают показания по поводу Рубена, вас и «Шаловливой девы». Придумали версию: команда взбунтовалась против Рубена и организовали на него покушение, но он оказался не один. Рубена убили на месте, а вас хотели сначала запугать, а когда не вышло, убить на корабле, а потом скрыть улики. Ваши друзья-эльфы подоспели вовремя.
Терций скривился. Ужасная ложь, но может сработать, учитывая его ожоги.
Вечером вернулись и эльфы. Тогда они впервые за всё это время поговорили. Терций рассказал, что случилось на корабле, умолчал об обстоятельствах, связанных с амулетом. Чарна с каждым его словом хмурилась всё сильней.
— Если Рильдинтра смог то, о чём вы говорите, то магия Белого Солнца мощней, чем мы представляли, — поделилась опасениями она. — Откуда столько мощи?
— Что-то было у него на шее, — вспомнил Терций. — Вспыхнуло красным, когда он колдовал.
— Они мастерят свои амулеты… — предположила Чарна. — Невероятно, как мы только просмотрели? Кто знает, что ещё они могут сделать.
Терций задумался, разглядывая пляшущий огонёк свечи. Для чего эльфы так усиленно практикуются в алхимии и магии? Чтобы повысить боевую мощь? Сделать гомункулов-солдат, которые будут сражаться за них? Слишком долго, и, даже учитывая, что эльфам не занимать выдержки и терпения, у них вряд ли хватит на это ресурсов. Тогда на что они ставят? Он продолжал смотреть на свечу, пока дроу переругивались между собой на тему того, кто из них должен отправить весточку матриарху, и вдруг его осенило.
— Они хотят вернуть солнце в Кварану, — сказал Терций.
Повисло молчание. Чарна усмехнулась:
— Чушь. Магия, удерживающая блуждающую тьму над Квараной, слишком сильна, чтобы развеять. — И тут она осеклась. — Но не так давно я бы не поверила, что один эльф способен на то, что проделал Рильдинтра.
Все снова напряжённо задумались.
— Если они смогут снять вечную тьму над Квараной, то смогут вернуть континент себе, — шепнула Чарна. — Сейчас как раз самый подходящий момент. Всё и так неблагополучно…
Терций удивлённо посмотрел на Чарну. Та немного помялась, потом сказала:
— Эта информация не для широкого круга. Вечная Ночь переживает плохие времена. По всему континенту падеж скота и неурожай. Холода. Под землей все прекрасно, но королевство разрослось по всей поверхности континента. То, что даёт подземелье, не способно прокормить всех нас. Поэтому нам так отчаянно нужно это сватовство. Пригодная для жизни земля.