– Да еще с каким энтузиазмом, мол, за ценой не постоим! – усмехнулась Инна.
– Любящим людям не требуется мотивации для совершения добрых дел. И наград они не ждут, – сказала Жанна.
– У пьющих людей часто возникает целенаправленная, но неосознаваемая деструкция своей жизни, – вздохнула Лиля.
«Непоследовательно, бестолково, на одних эмоциях рассказывает о муже. Сдается мне, впервые раскрылась перед подругами», – сделала вывод из услышанного Лена.
«В больших дозах Лилька невыносима. Похоже, сегодня она совсем отключила свое левое полушарие, на одном правом работает»,
– усмехнулась Инна.
– Поведение мужа постоянно держало меня в тревожном, опасливом напряжении. И ведь не пресечешь в судебном порядке, и суд общественности таким до фени. Уровень ненасытности в получении одних и тех же ощущений приводил меня в недоумение… ну, если
бы разных… это я еще могла бы понять. И как я могла надеяться, что все утрясется? Бывало, говорю: «Ты же и меня дискредитируешь в глазах наших детей и соседей». Не понимал…
– Если дурак и слабак, то это пожизненно.
– Это уж точно. Мудрость с возрастом приходит не ко всем, – затвердила Аня мнение Инны.
– Дмитрий принимал твою заботу о нем как знак одобрения свыше, – горько выдохнула Эмма.
– Возлагала я на наш союз немало надежд. Мечтала увидеть жизнь чарующую, необыкновенную, только магия быстро рассеялась. Вот тебе и бдения в парках до рассвета. Вот тебе счастье, когда глаза автоматически ищут только его. Видно, любовь открывает свои тайны не для всех.
Лене вдруг стало смертельно скучно от монологов Лили. Она подумала грустно: «В молодости мы взахлеб спорили о писателях и художниках, а теперь иронично оцениваем свою жизнь и судьбы друзей… В больших дозах Лиля труднопереносима. И обо мне то же самое иногда можно сказать?.. Собственно, все эти воспоминания – необходимость разобраться прежде всего в себе».
– Быт способен задавить любые восторженные чувства, – незаслуженно кольнула Инна Лилю. Но та приняла эти слова на счет мужа и продолжала исповедоваться.
– Душу труднее отмывать, чем тело. А он не стыдился своей никчемности. Ни в чем не раскаивался. Зачем ему право на прощение и искупление? Только проверки на упрямство мог себе устраивать. Таким прямая дорога в преисподнюю. Подруга сказала, что в нем гремучая смесь русского отчаяния и безысходности с бездеятельностью.
«В ее словах такая тоска по счастью. О, как громко и горько звучит в ней какая-то тайная жестокая обида!.. Нет, другое было истинной причиной их развода», – поняла Лена. Но от расспросов удержалась.
– Теперь мне кажется, Дмитрий – обыкновенный циничный, изворотливый эгоист и слабак, и национальность тут ни при чем. Если
у кого из мужчин и бывает лет в сорок кризис среднего возраста, то
у него он был всю жизнь. И начался он уже через год после свадьбы. Сколько раз был на расстоянии вытянутой руки от мечты, но как я ни старалась расшевелить, помочь, подтолкнуть, он так и не решился схватить удачу за хвост. Не мог рискнуть, боялся не справиться. Не удалось его ни растормошить, ни заставить. А слова говорил обнадеживающие. И я сломя голову бросалась устраивать и налаживать его дела. Только оказался он необучаемым и трудновоспитуемым. Всю жизнь старался получить отсрочку от взрослой жизни. Проще плыть
по течению, куда вывезет. Ни подъемов не переживал, ни чувства обновления. Рано его душа очерствела, оттого-то все и рухнуло у нас.
Выходя за него замуж, я волновалась: судьба сжалилась надо мной или это очередная ловушка? Боялась обжечься, но поверила, что его любовь всесильна. Но, видно, одному Создателю изначально известны наши судьбы… Бывало, вожусь на кухне, а мысли о нем все по кругу, по кругу. Мою полы, а они опять крутятся вокруг его бед. Интересно, мужчины тоже переживают и перемалывают свои проблемы?
– Чтобы не думать, они из телевизора не вылезают, из домино или, как твой бывший муженек, глаза заливают, – фыркнула Инна.