– Вот тебе и дармовой катарсис!.. «А ты боялась… и мама не узнает». И все потому, что хватаем мы что ни попадя, – хихикнула Инна.
– Ты сегодня в ударе. – Лена неодобрительно посмотрела на подругу.
– Влюбленность сбивает нам прицел, – мягко остудила Инну Рита.
«А ведь не со злобой говорит Лиля. С тоской и печалью, словно не перегорела в ней любовь», – отметила про себя Жанна.
– Получила удар кулаком под дых! И после всего этого не зареклась, опять замуж пошла? – удивилась Галя, внимательно слушавшая откровения Лили.
– По горло, до предела была сыта жизнью с Дмитрием. Повтора не вынесла бы. Думала, может, другая история будет лучше и в ней возникнет какой-то положительный смысл. Может, думала, снова полюблю. Ведь ничто не лечит душу лучше, чем любовь. Заразил меня Георгий верой в возможное счастье. Так хотелось безудержной легкости, абсолютного понимания!
– Напророчила, – хмыкнула Инна и прикрыла рот рукой, чтобы Лиля не видела ее усмешки. – А третий каким был? Другой коленкор? Давай начистоту. Первый шаг на трудном пути признания уже сделан. Почувствовала с Жоркой разницу?
– Случайно он мне подвернулся. Наша встреча была полной неожиданностью. Недолго думая, на свой страх и риск за него пошла, чтобы забыть Диму. Обида толкала в спину… тоска по большому светлому чувству. Вот и нашла приключение на свою голову. И тут не скоро я доросла до понимания неизбежности разрыва. Не хотела бы проводить параллели и сравнивать несравнимое.
После второго развода решила: «Никому больше не подчинюсь. Хватит, хочу принадлежать самой себе. Выйду замуж, если только
в семье все будет на равных. Поумнела, меня теперь задешево не купишь». Ну и опять двадцать пять! Ни с чем не сопоставимая личность, «новатор», неустрашимый, непоколебимый в своем фанатизме. Вымещал на мне свои несостоявшиеся амбиции. Он из тех, кто много начинает, но никогда ничего не заканчивает. Все у него шаляйваляй… Неуравновешенный, заносчивый и пристрастный, он не мог простить удачливым друзьям ни успеха, ни богатства, ни власти. У него была тяжелая болезнь – гордыня, от которой лекарство – смирение и мягкосердие. А их у него не было. Он испытывал чувство неполноценности, а страдала я. Самодур чертов. Он слишком любил себя, чтобы любить еще кого-то. Все шутил: «Бог покарал мужчину и отдал его в руки женщине». «Чтобы он мог сваливать на нее все свои неудачи!» – добавляла я.
Пытался перестраивать мою жизнь под свои нужды и считал, что я должна ему быть за это обязана и благодарна. Мол, знай сверчок свой шесток. Кого этот чертов Пигмалион хотел из меня слепить? (Какая прелестная абракадабра!) Можно подумать, он лучше знал, что мне нужно. А я ему: «Не въезжаешь? Ты действительно идиот или только прикидываешься?» С Жоркой иначе не получалось. Не мужик, а полный отстой. Так, бельмо на глазу. Я шутила: «Посмотри на себя со стороны. Не испугался? И еще утверждаешь, что ты
в здравом уме и твердой памяти? Не пора ли грехи отмаливать?» Не ощущал собственной несостоятельности… Не соизволил, не удосужился вникнуть. Не удалось сбить с него спесь. Думала, вживусь, врасту в ситуации. Не смогла. Опять дошла до точки плавления. Для полного «счастья» только его мне и не хватало. Надоело постоянно жить в состоянии гражданской войны. Вымоталась я с ним хуже, чем собака после гона. Депрессией стала страдать.
– Говорят, если есть любовь, то нет депрессии.
– Какая там любовь… Его позиция всегда оказывалась сильней
моей. Он скорее поступится своим чувством, нежели откажется от своих прихотей. Пропади оно пропадом, это замужество… Ему бы только чужими руками каштаны из огня доставать. Ни полушки никогда не дал. Не муж, а пришей-пристебай какой-то. Жертва уязвленного самолюбия и тщеславия. Все корчил из себя непризнанного гения.
– Талантливый и несчастный – вот два качества мужчины, заставляющих русскую женщину становиться няней, а не женой, – вставила Инна.
– На самом деле Георгий был опустившимся рефлексирующим неврастеником и слюнтяем. Его поиски самого себя, затянувшиеся на всю жизнь, не увенчались успехом. Обидно. Ну, если бы ни бельмеса не смыслил, тогда было бы понятно, но ведь лодырь темный, беспросветный. Только пыль в глаза пускать научился… И прошлый он себе нравился, и нынешнего приемлет… а толку ни от какого не было. В нем отлично уживалась масса отрицательных качеств. Ха! Была счастлива с ним, как муха в меду!.. Не сумела, да и не хотела примириться. Было бы его поведение в новинку, а то ведь всё одно