– нам только амбразуру подавай… а потом такая обида брала, хоть плачь. Но это еще полбеды…
– Ты принимала его таким, какой он есть, и к чему это привело? В семейных делах ты целиком полагалась на свою интуицию, а она тебя подчистую подвела, потому что ты была настроена на людей добрых, порядочных, так сказать, по своему образу и подобию. Впору бы сразу разочароваться, как только поняла, что проиграла сражение, а ты все еще на что-то надеялась. Я сразу отрезала! И ни разу не пожалела. В свои прощальные слова я вкладывала всю душу, все свое глубочайшее презрение. Неблагодетельность молчания в такие минуты подтверждалась моим предыдущим опытом жизни…
– Ты на свой лад оригинальна, – усмехнулась Лера.
«Низкое торжество не добавляет разума, а у некоторых, может,
и отбирает. Ей сладко стоять над поверженными и беспомощными?»
– удивилась Алла.
– Наверное, кто-то может восстанавливать отношения и чувства к своим бывшим мужьям – только не я. У меня не остается к ним даже агрессии. Такова моя психофизика. Уже первый жизненный печальный урок не прошел для меня бесследно. Мне его хватило на всю оставшуюся жизнь… Помню, второй муженек пер на меня, как лось, лаву ругани изливал. Так я ему быстро хвост прищемила. Думал, с бессловесным животным или с «мебелью» будет жить, думал, всякого его стану с распростертыми объятьями встречать! Меня не объегоришь. А то присоседится, и хлопот с ним не оберешься: приборки, постирушки, а с самого толку с гулькин нос. Я и сейчас согласна жить с мужчиной только при добром взаимопонимании. А иначе зачем он мне нужен? Гвоздь я и без него в стену вобью, невелик труд, – сказала Инна и тут же, усмехнувшись, подумала: «Он, наверное, в свое оправдание нарисовал бы совершенно другую картину». И почему-то голубые зимние тени залегли у нее под глазами.
– Что тут смешного? – приняв усмешку на свой счет, возмутилась Рита. – С рождением сына ходила я вечно затурканная проблемами с ребенком и капризами мужа – не любил он, когда противятся его воле. Все старалась успеть сделать сама. Только все равно особой благодарности от него не замечала. Все отмахивался. И вместо того, чтобы твердо стать на ноги, стал позволять себе много чего лишнего. Выждал, пока сына рожу, и пустился в загул. В этом, как я посмотрю, многие мужчины схожи.
Хорошо устроился: верная хлопотунья-жена, требовательная любовница… Застала я их в собственной постели… Как гром среди ясного неба… Не по себе стало, затряслась как в лихорадке. Не укладывалось в голове такое… Лицо горело как от пощечины. А перед глазами будто мутная вода волнами, волнами. Я была сломлена, разбита, уничтожена… Тот самый случай, когда от одних только мыслей делаешься болезненно хмельной. Потом заледенела. Практически в одночасье весь мир стал для меня иным. В тот день я похоронила свои мечты на лучшее будущее… Замужество, семья – вот школа жизни. Только в ней становится ясно: кто есть кто. А вся предыдущая жизнь
– детский лепет. Не суждено мне было испытать счастья в любви… Тогда я еще не знала, что та женщина – одна из многочисленного ряда доверчивых дурочек или любительниц приключений…
– Все о любви, все о ней, – будто эхом отозвалась Аня. – Ума не приложу… Поди разбери их, этих мужчин…
– Кого легко добиться, того трудно удержать. Много позже я поняла, что какая-нибудь самоуверенная, эгоистичная девица быстрее покоряет мужское сердце, чем тонкая, скромная, добрая, и перестала уважать многих из своих знакомых… Муж был моим идолом. Но все его поведение оказалось преднамеренной ложью. Нельзя сказать, что я не чувствовала ее. Внутри что-то мешало, нудило… Но не могла я поверить, что такой любящей и заботливой можно лгать. Самой себе доказывала, что ошибаюсь. А он как раз и хотел, чтобы все именно так и выглядело в моем представлении. Обихаживал двух, а то и трех женщин одновременно и не очень-то мучился переживаниями. Для меня осознать такое так же трудно, как и осмыслить возникновение совести в человеческой материи, состоящей из электронов и позитронов… Долго это длилось по причине моей искренней наивности, но ложь рано или поздно все равно всплывает. Такой вот поворот случился в слишком прямой траектории моей жизни.
– Думала, всё, кирдык тебе, гроб с музыкой? – усмехнулась многоопытная Инна.
– И все-таки обидно, когда выстраданное тобой достается другой… Не представляю, как можно было привязать его к себе, сделать оседлым. Я прикладывала немалые усилия, надеялась… На мой взгляд, западню устроила мне судьба, используя мою порядочность. Видно, злой рок свел нас в недобрый час. Да чего уж теперь… слезами и стонами горю не поможешь. Странно, уровень науки и техники растет, но это никак не влияет на развитие человеческих взаимоотношений, не поднимает людей на более высокую духовную ступень. Как и сотни лет назад, люди погрязают в мелочах, становятся подлыми, гадкими…